Демилитаризация военной медицины что это
Демилитаризация военной медицины что это
ВОЕННОЕ ПРАВО
Юридические консультации. Судебная практика. Вопросы, ответы и комментарии.
АРМИЯ РОССИИ
СМИ «Обозник». История армии, тыла ВС РФ. Права и обязанности военнослужащих
Военную медицину подвергнут демилитаризации
Семь миллионов уволенных из Вооруженных Сил офицеров и членов их семей могут лишиться качественного врачебного обслуживания
Военное ведомство России рассматривает вопрос о передаче части своих военно-лечебных учреждений (ВЛУ), в основном госпиталей, военных поликлиник и санаториев, в ведение Министерства здравоохранения. При этом будет усилена войсковая медицина. Но правом пользоваться медицинскими услугами в военно-лечебных учреждениях Минобороны кадровые офицеры смогут только до увольнения в запас. Данные мероприятия, как сообщил «НГ» источник в Главном военно-медицинском управлении (ГВМУ) Минобороны, планируются в рамках дальнейшего реформирования военной медицины.
Вопрос о полном вхождении военной медицины в гражданские структуры в постсоветской России поднимался в 90-х годах, когда некоторое время начальник ГВМУ генерал-полковник Эдуард Нечаев одновременно исполнял должность министра здравоохранения РФ (в 1992–1995 годах.). Но потом ввиду возможного социального недовольства военнослужащих и отставных офицеров от данной идеи президент Борис Ельцин отказался. Более того, в Законе «О статусе военнослужащих» были прописаны многочисленные медицинские льготы (бесплатное пользование лекарствами, скидки на санаторные путевки, бесплатный проезд к месту отдыха и т.п.) для военнослужащих, военных пенсионеров и членов их семей. Заметим, что все эти льготы действуют и сейчас и на это идут значительные средства военного бюджета. Неудивительно, что министр обороны Анатолий Сердюков путем передачи ВЛУ, в которых лечатся отставники, на баланс Минздрава намерен снизить издержки на военную медицину.
Такая позиция в известной степени обоснована. Обслуживание 7 млн. ветеранов военной службы и членов их семей обходится государству в копеечку. Тем более они, получается, имеют «двойные» льготы – могут лечиться как в гражданских медицинских учреждениях, так и в военных.
Между тем для многих действующих военнослужащих (особенно в отдаленных гарнизонах) в результате масштабного сокращения военной медицины врачебная помощь стала недоступной. Чтобы исправить положение, на должности санинструкторов вместо солдат по призыву в войска уже стали набирать сержантов-фельдшеров по контракту, имеющих медицинское образование. Кроме того, в штаты общевойсковых батальонов и им равных подразделений включены офицерские должности врача. Войсковое медицинское звено укрепляется, солдаты и офицеры получают медицинскую помощь в основном в медицинских ротах и батальонах. А в госпиталях и поликлиниках лечатся главным образом отставники и члены их семей. Хотя даже при таком раскладе почти половина отставников и членов их семей такой возможности лишены. Об этом на днях в думском комитете по обороне рассказал врио начальника Главного военно-медицинского управления министерства полковник медицинской службы Александр Власов. Офицер не сказал прямо о возможности передачи части ВЛУ Минздраву. Но источники в военном ведомстве утверждают, что такая идея прорабатывается, и некоторые проблемы ее и озвучил Власов в Госдуме, «готовя депутатский корпус и общественное мнение к ее разрешению». При этом, как выясняется, необязательно вносить соответствующие поправки в Закон «О статусе военнослужащих», которые исключат право отставников и членов их семей лечиться в медицинских учреждениях Минобороны. Эти льготы у них останутся. Но их качество будет совсем другим. При этом идею о передаче части ВЛУ в гражданские структуры поддерживают и в самом Минздраве. Ведь уровень оснащения военных поликлиник и госпиталей на порядок выше, чем в среднем по стране.
В экспертном сообществе к новым планам Минобороны относятся с настороженностью. «Я не верю в реальность таких планов, и нигде они пока открыто не обсуждались», – рассказал «НГ» председатель Общероссийского профессионального союза военнослужащих Олег Шведков. Он считает, что отлучение военных пенсионеров от военной медицины приведет к росту социального недовольства, которое даже трудно прогнозировать. «В руководстве страны это понимают и на это не пойдут», – уверен профсоюзный лидер.
Член-корреспондент Академии военных наук полковник Эдуард Родюков считает, что «снижение издержек на военную медицину рано или поздно произойдет и передача части ВЛУ от военного ведомства Минздраву состоится. Только все это произойдет «мирными» средствами, скажем, указом президента или постановлением правительства. «Госпитали и поликлиники по-прежнему будут называться военными, и лишать льгот военных пенсионеров никто не собирается. Военные пенсионеры по-прежнему будут в них лечиться. Просто качество медицинского обслуживания в бывших ВЛУ для них упадет, поскольку в бюджете на гражданскую медицину расходы сокращены и их удельный вес всегда был ниже, чем в армии. Попасть же в военные госпитали Минобороны отставникам будет невозможно, поскольку их сделают закрытыми – специализированными, мобильными. Они будут размещаться в отдаленных гарнизонах и т.п.», – делает неутешительный прогноз эксперт.
Другие новости и статьи
Запись создана: Среда, 11 Июль 2012 в 0:59 и находится в рубриках Медицинское обеспечение, Новости, Современность.
Военную медицину подвергнут демилитаризации
Семь миллионов отставных офицеров и членов их семей могут лишиться качественного врачебного обслуживания
Военное ведомство России рассматривает вопрос о передаче части своих военно-лечебных учреждений (ВЛУ), в основном госпиталей, военных поликлиник и санаториев, в ведение Министерства здравоохранения. При этом будет усилена войсковая медицина. Но правом пользоваться медицинскими услугами в военно-лечебных учреждениях Минобороны кадровые офицеры смогут только до увольнения в запас. Данные мероприятия, как сообщил «НГ» источник в Главном военно-медицинском управлении (ГВМУ) Минобороны, планируются в рамках дальнейшего реформирования военной медицины.
Вопрос о полном вхождении военной медицины в гражданские структуры в постсоветской России поднимался в 90-х годах, когда некоторое время начальник ГВМУ генерал-полковник Эдуард Нечаев одновременно исполнял должность министра здравоохранения РФ (в 1992–1995 годах.). Но потом ввиду возможного социального недовольства военнослужащих и отставных офицеров от данной идеи президент Борис Ельцин отказался. Более того, в Законе «О статусе военнослужащих» были прописаны многочисленные медицинские льготы (бесплатное пользование лекарствами, скидки на санаторные путевки, бесплатный проезд к месту отдыха и т.п.) для военнослужащих, военных пенсионеров и членов их семей. Заметим, что все эти льготы действуют и сейчас и на это идут значительные средства военного бюджета. Неудивительно, что министр обороны Анатолий Сердюков путем передачи ВЛУ, в которых лечатся отставники, на баланс Минздрава намерен снизить издержки на военную медицину.
Такая позиция в известной степени обоснована. Обслуживание 7 млн. ветеранов военной службы и членов их семей обходится государству в копеечку. Тем более они, получается, имеют «двойные» льготы – могут лечиться как в гражданских медицинских учреждениях, так и в военных.
Между тем для многих действующих военнослужащих (особенно в отдаленных гарнизонах) в результате масштабного сокращения военной медицины врачебная помощь стала недоступной. Чтобы исправить положение, на должности санинструкторов вместо солдат по призыву в войска уже стали набирать сержантов-фельдшеров по контракту, имеющих медицинское образование.
Кроме того, в штаты общевойсковых батальонов и им равных подразделений включены офицерские должности врача. Войсковое медицинское звено укрепляется, солдаты и офицеры получают медицинскую помощь в основном в медицинских ротах и батальонах. А в госпиталях и поликлиниках лечатся главным образом отставники и члены их семей. Хотя даже при таком раскладе почти половина отставников и членов их семей такой возможности лишены. Об этом на днях в думском комитете по обороне рассказал врио начальника Главного военно-медицинского управления министерства полковник медицинской службы Александр Власов. Офицер не сказал прямо о возможности передачи части ВЛУ Минздраву. Но источники в военном ведомстве утверждают, что такая идея прорабатывается, и некоторые проблемы ее и озвучил Власов в Госдуме, «готовя депутатский корпус и общественное мнение к ее разрешению». При этом, как выясняется, необязательно вносить соответствующие поправки в Закон «О статусе военнослужащих», которые исключат право отставников и членов их семей лечиться в медицинских учреждениях Минобороны. Эти льготы у них останутся. Но их качество будет совсем другим. При этом идею о передаче части ВЛУ в гражданские структуры поддерживают и в самом Минздраве. Ведь уровень оснащения военных поликлиник и госпиталей на порядок выше, чем в среднем по стране.
В экспертном сообществе к новым планам Минобороны относятся с настороженностью. «Я не верю в реальность таких планов, и нигде они пока открыто не обсуждались», – рассказал «НГ» председатель Общероссийского профессионального союза военнослужащих Олег Шведков. Он считает, что отлучение военных пенсионеров от военной медицины приведет к росту социального недовольства, которое даже трудно прогнозировать. «В руководстве страны это понимают и на это не пойдут», – уверен профсоюзный лидер.
Член-корреспондент Академии военных наук полковник Эдуард Родюков считает, что «снижение издержек на военную медицину рано или поздно произойдет и передача части ВЛУ от военного ведомства Минздраву состоится. Только все это произойдет «мирными» средствами, скажем, указом президента или постановлением правительства. «Госпитали и поликлиники по-прежнему будут называться военными, и лишать льгот военных пенсионеров никто не собирается. Военные пенсионеры по-прежнему будут в них лечиться. Просто качество медицинского обслуживания в бывших ВЛУ для них упадет, поскольку в бюджете на гражданскую медицину расходы сокращены и их удельный вес всегда был ниже, чем в армии. Попасть же в военные госпитали Минобороны отставникам будет невозможно, поскольку их сделают закрытыми – специализированными, мобильными. Они будут размещаться в отдаленных гарнизонах и т.п.», – делает неутешительный прогноз эксперт.
(оценок: 1, среднее: 3,00 из 5)
Загрузка.
Ликвидация военно-лечебных учреждений привела к тому, что в 17 регионах не осталось военных врачей, 40 тысяч солдат лечатся в гражданских поликлиниках
Здравницы в коме
В середине ноября прошлого года появились сообщения, что депутаты Госдумы начали работу над законом «О военной медицине». По задумке парламентариев новый нормативный правовой акт будет защищать армейских врачей от необдуманных реформ, подобных тем, которые провёл экс-министр обороны Анатолий Сердюков. «Наша Версия» разбиралась, почему депутатов Госдумы тревожит будущее военной медицины.
По оценкам специалистов, в ходе последнего реформирования Вооружённых сил России медицинская составляющая армии подверглась самым радикальным преобразованиям с момента своего существования.
Как штормило военную медицину
В 2009 году офицерский состав военных медиков был сокращён почти в три раза – с 16 до 5 тыс. человек, а гражданский персонал – с 145 тыс. до 90 тыс. человек. Также на одну-две ступени были понижены штатно-должностные категории офицеров медслужбы. В заключение Минобороны объявило, что офицерские должности будут сохранены только для хирургов, анестезиологов и реаниматологов, а вот остальные врачи станут преимущественно гражданскими с существенным понижением окладов.
Далее были ликвидированы 32 госпиталя в военных гарнизонах и десятки военных поликлиник в различных регионах России. В 2010 году были закрыты четыре вуза, где велась подготовка военных медиков, в том числе филиалы Военно-медицинской академии в Саратове, Самаре и Институт усовершенствования врачей Минобороны. О том, как штормило военную медицину, говорит красноречивый факт, что за четыре года реформ экс-министр обороны Анатолий Сердюков шесть раз менял начальников Главного военно-медицинского управления, один из них, генерал-майор медслужбы Александр Белевитин, за коррупционные проявления осуждён военным судом на восемь лет и сейчас находится в местах лишения свободы. Ещё год назад казалось, что эту радикальную реформу не остановить, конца её не было видно. Так, согласно директиве бывшего Генштаба в конце 2012-го ожидалась новая волна сокращений военно-лечебных учреждений. Всё повернулось вспять с приходом нового министра обороны. Шойгу чуть ли не первыми своими решениями на новом посту приостановил выполнение всех распоряжений своего предшественника относительно реформ военного здравоохранения. Более того, было объявлено, что рассматривается возможность повысить должностной статус более 1,5 тыс. военных медиков в военных госпиталях и в войсковом звене, не исключено, что также будут возвращены около 1200 офицерских должностей военных медиков в штаты органов управления медслужбы.
В 17 регионах не осталось военных врачей
Но стоит отметить, что, критикуя Сердюкова, большинство экспертов признают, что реформы в области военной медицины были необходимы. Впрочем, подчёркивается, не столь радикальные. Расходы на военную медицину, которая не реформировалась с советских времён, по мнению специалистов, стали настоящей обузой для военного ведомства. Кратко ситуация выглядит так: сейчас правом лечиться в военно-медицинских учреждениях обладают около 7 млн человек. Только пятая часть из них – действующие военнослужащие, десятая – гражданский персонал военного ведомства, чуть более 10% – пенсионеры Минобороны. И больше половины, около 4 млн человек, – члены семей военнослужащих и военных пенсионеров. Последняя цифра, по мнению экспертов, как раз и стала основной причиной нынешних радикальных перемен. Реформа Сердюкова преследовала цель оставить на балансе медучреждений Минобороны только военнослужащих, остальных всеми доступными способами перенаправить в гражданские поликлиники и больницы.
В пресс-службе губернатора Ставропольского края опровергли сообщения о том, что в регионе якобы готовится банкет к 9 мая стоимостью в 2 миллиона рублей. Там подчеркнули, что все банкеты и праздники отменены из-за эпидемии коронавирусной инфекции.
Массовая ликвидация военно-лечебных учреждений привела к тому, что сейчас в 17 субъектах Российской Федерации вовсе не осталось военных врачей, при этом лишились возможности получать медицинскую помощь не только военные пенсионеры. Порядка 40 тыс. солдат (в том числе проходящих военную службу по призыву) и офицеров сегодня переведены в гражданские медучреждения, для этого заключены отдельные договоры на медицинское обслуживание с гражданскими врачами. При этом, как отмечают военные, качество медицинских услуг заметно снизилось.
Госпитали шли с молотка
Нужно отметить, что команда Сердюкова использовала сокращение медицинской инфраструктуры в армии как один из способов получения прибыли. С большой охотой распродавались здания, где раньше размещались военные госпитали и поликлиники. Благодаря тому, что эта недвижимость чаще всего находится в привлекательных местах, она пользовалась спросом у покупателей. Например, большой скандал разгорелся вокруг Военно-медицинской академии (ВМА) имени С.М. Кирова. Напомним, что в конце 2011 года было принято решение о её перебазировании из центра Санкт-Петербурга на окраину города. По предварительным оценкам, на перевод ВМА военное ведомство планировало потратить 20 млрд рублей. Однако бывшие сотрудники академии утверждали, что переезд ВМА был затеян с одной целью: продать исторические здания и дорогостоящую землю академии. Напомним, что в конце 2012 года переезд Военно-медицинской академии был отменён, при этом выделены значительные средства на её модернизацию на прежнем месте.
К большой распродаже готовились и военные санатории. Сначала, чтобы оправдать закрытие военных здравниц, реформаторы предварительно обесценили их значимость. Первым шагом к понижению статуса санаториев стало переподчинение военных санаториев и домов отдыха Минобороны особому департаменту министерства, от распределения путёвок были отстранены санаторно-отборочные комиссии Минобороны, то есть медики. Это означало, что фактически лечение и оздоровление военнослужащих и отставников в санаториях заменяется культурным отдыхом и туризмом. Дальше были ликвидированы значительные льготы на приобретение путёвок для военнослужащих, что значительно повысило стоимость отдыха в санаториях. Вышло так, что санатории, куда обычно невозможно было достать путёвку, неожиданно оказались невостребованными даже в разгар сезона. Это дало повод команде министра обороны Анатолия Сердюкова поднять вопрос об отказе от военных здравниц. Не остановило их даже то, что помимо своего прямого назначения санатории относятся к «мобилизационным резервам», то есть во время войны на их базе предполагается разворачивать полноценные госпитали. Ведь это, пожалуй, самые лакомые куски военной недвижимости. Около полусотни санаториев и домов отдыха расположено на курортных побережьях Чёрного и Балтийского морей, в районе Кавказских Минеральных Вод и в других престижных и дорогих местах.
Однако потери значительной части военной недвижимости – ничто по сравнению с тем, какой кадровый ущерб нанесли массовые сокращения и увольнения квалифицированных специалистов. Сегодня в Вооружённых силах не хватает врачей, в военном ведомстве говорят, что этот дефицит главным образом вызван закрытием военно-медицинских институтов. Напомним, что в прошлом году наконец после четырёхлетнего перерыва набрали курсантов и слушателей в Военно-медицинскую академию имени С.М. Кирова, на сегодняшний день это единственный уцелевший после реформ военный вуз, где готовят военврачей.
Чтобы восполнить кадровые потери, Минобороны предпринимает и другие меры. Так, в конце мая прошлого года начальник Главного военно-медицинского управления Минобороны генерал-майор медслужбы Александр Фисун заявил, что опытных военных медиков, уволенных по приказу бывшего руководства военного ведомства, будут призывать из запаса. Также в ведомстве организована работа по приёму медицинских специалистов на военную службу по контракту. В министерстве надеются, что высокая зарплата и перспективы карьерного роста привлекут в строй молодых талантливых врачей.
Кроме того, Минобороны принимает ещё одно, правда, неоднозначное решение – с нынешнего года в армию начнут призывать интернов, которых будут направлять для прохождения службы в специальные медицинские роты. Пока непонятно, на какие должности их будут назначать: на врачебные не имеют права, а использовать дипломированных специалистов как медбратьев и санитаров – расточительно.
В Минобороны признали, что результаты непродуманных реформ военной медицины придется корректировать годами
Специалистов-медиков, которые были уволены по оргштатным мероприятиям по приказу бывшего министра обороны, планируется возвращать в штат военных госпиталей
Леся Полякова/РИА �Новости�
Сообщения о полном восстановлении радикально сокращенной прежним руководством Минобороны военной медицины оказались преждевременными. В военном ведомстве вообще ситуацию стараются не драматизировать и говорят, что намерены продолжить реформу медицинской службы, хотя и со многими «щадящими» коррективами. Эксперты между тем оценивают ситуацию в военной медицине после принятых за последние годы решений куда жестче, полагая, что там уже произошла «катастрофа, из которой надо выбираться».
Напомним, сокращение медучреждений и офицерских должностей в военно-медицинском ведомстве было одним из направлений военной реформы, начатой при прежнем министре обороны Анатолии Сердюкове. К настоящему времени в 17 субъектах России ликвидировано более двух десятков военных госпиталей (в том числе один из крупнейших — в Санкт-Петербурге) и других медицинских учреждений. В результате во многих госпиталях закрылись специализированные отделения (офтальмологические, отоларингологические, дерматологические), а штат сохранившихся отделений был урезан до предела.
Всего же намечалось расформирование 23 госпиталей из 191, ликвидация 17 лазаретов, а также сокращение количества военных поликлиник (со 124 до 41) и закрытие пяти санаториев. Офицерский состав военно-медицинской службы к окончанию «модернизации» должен был сократиться в 2,8 раза. Около 30% должностей офицеров службы предполагалось заменить гражданским персоналом, который в последующем также планировалось сократить почти вдвое.
Подробности проводимых сегодня преобразований сообщил в четверг журналистам начальник Главного военно-медицинского управления Минобороны (ГВМУ) генерал-майор Александр Фисун. По его словам, 5 декабря прошлого года состоялось судьбоносное для военной медицины совещание, на котором министр Сергей Шойгу «поставил конкретные задачи по дальнейшему реформированию службы» и приостановил некоторые решения прежнего руководства, которые «требуют уточнения».
В частности, приостановлены штатные изменения в военно-медицинских частях, уволенные по оргштатным мероприятиям специалисты в ближайшие два года смогут вернуться в армию, рассказал начальник ГВМУ.
Их планируется зачислять в штат военных госпиталей и других медучреждений Вооруженных сил, где не хватает специалистов. «В окружных военкоматах, через которые планируется призывать офицеров запаса, известны все вакансии, и желающие специалисты могут вернуться на службу, — рассказал Фисун. — Во многих госпиталях мы на должности, которые раньше комплектовались военнослужащими, взяли уволенных до достижения предельного срока медиков».
Фисун привел в пример медслужбу Центрального военного округа, где создана «четкая программа» по комплектованию должностей: начмед округа принимает на службу выпускников Военно-медицинской академии, после чего передает оставшиеся вакансии в военкоматы. Приветствуется поступление на службу и выпускников гражданских медвузов, окончивших военную кафедру. «Активную работу проводят и на Балтийском флоте, где служит много выпускников Смоленского мединститута», — рассказал Фисун.
Впрочем, представитель Минобороны признался, что результаты года непродуманных реформ придется «корректировать годами».
«Когда формировался замысел по кадровому составу, приоритет отдали хирургии, анестезиологии, непосредственно в войсках — санэпидемиологии, при этом пропали многие важные специальности, — рассказал он. — Терапевтов стало меньше, меньше инфекционистов, пропали военные дерматовенерологи. Сейчас мы ликвидируем этот пробел: начинаем прием в интернатуру по редким, но нужным специальностям: стоматология, кожные болезни, психиатрия, неврология, рентгенология. Ведь, к примеру, работать в передвижном рентгенкабинете может только офицер».
Через год для этого планируется предусмотреть новые должности в войсках. А еще через 3 года — введение соответствующих должностей в госпиталях. «Выпускники придут на готовые должности», — рассказал Фисун. Он с удовлетворением отметил, что прием в военно-медицинскую академию в нынешнем году (на первый курс и в ординатуру) составит 600 человек (выпуск нынешнего года — 400 человек). Кроме того, по поручению министра прорабатывается вопрос создания филиалов академии.
Еще одна «корректировка» реформы заключается в повышении статуса ряда должностей.
«Среди офицеров медслужбы должны быть не только старшие лейтенанты и капитаны, но и более опытные офицеры, — пояснил позицию нового руководства Минобороны главный медик ведомства. — И люди будут видеть перспективу и дольше служить». Кроме того, с целью «усиления организационно-штатной структуры» санитары в войсках будут заменены на фельдшеров. На сегодняшний день уже восстановлены «функционал и подчиненность» медицинских служб округов, готовятся узкие специалисты для различных родов войск.
Между тем возврата к дореформенной численности медиков в погонах не будет.
«Прошло сокращение войск, а там, где нет войск, нет и военной медицины, — объяснил Фисун. — Мы будем существовать в рамках численности миллионных Вооруженных сил». Кроме того, не планируется возвращать погоны тем запасникам, чьи места в госпиталях уже заняты гражданскими медиками.
Не предполагается и восстановление ликвидированных в госпиталях специализированных отделений. «Если мы оставим куцые отделения по узким специальностям в госпиталях, они не будут развиваться. В окружном госпитале мы уже сможем обеспечить необходимый минимум. А организовать специализированную помощь на самом высоком уровне возможно только в центре. В гражданском здравоохранении происходит то же самое», — отметил Фисун.
Продолжится и передача госпиталей «другим ведомствам» в тех местах, где «нет военных коллективов».
Среди других направлений реформы — создание к 2014 году 50 медицинских рот, способных оказывать военнослужащим все виды медицинской помощи — от первой до специальной. «Эти подразделения — новая структура в наших Вооруженных силах, которая предполагает новые стандарты медицинского обеспечения военнослужащих, — рассказал начальник ГВМУ. — Мы видим перспективы развития отдельных отрядов медобеспечения. Они оснащаются современным оборудованием и в кратчайший срок могут быть переброшены в заданный район боевых действий».
Кроме того, управление «видит перспективу развития отдельных медицинских отрядов специального назначения», способных «в кратчайшие сроки передислоцироваться в заданный район и выполнить необходимую задачу». Планируется, что 22 такие мобильные бригады будут располагаться поблизости от базовых военных госпиталей, оборудованных вертолетными и самолетными площадками. А авиатранспорт для этих бригад оснастят специальными модулями с носилками и необходимым медицинским оборудованием, которые легко можно будет перемещать другим транспортом.
Много работы предстоит и воссозданному управлению медико-психологической реабилитации и санаторно-курортного лечения: практически все 40 санаториев Минобороны требуют ремонта и обновления инфраструктуры, рассказал Фисун. (Ранее санаторно-курортное обеспечение было выведено из медобеспечения Вооруженных сил.)
Коснулся представитель Минобороны и темы работы призывных комиссий. По его словам, многие военнослужащие (например, военные программисты) «работают не так, как 10 лет назад». Поэтому в новом положении о военно-медицинской экспертизе, которое сейчас находится на согласовании, предполагается некоторое смягчение требований к призывникам в части нарушений слуха и зрения, которые можно исправить.
С другой стороны, военному ведомству не нужны внезапные смерти и неадекватные поступки солдат-срочников, поэтому в части таких заболеваний, как психические и невротические расстройства, заболевания сердечно-сосудистой системы, требования к призывникам станут жестче, пообещал главный медик Минобороны.
Последний вопрос журналистов касался оценки генералом состояния его службы. «Оценивать навскидку такие вещи нельзя. Но медслужба стоит на ногах, функционирует устойчиво и выполнит любые задачи», — ответил генерал-майор.
Между тем непродуманная реформа военной медицины уже резко снизила качество медпомощи военнослужащим, считают эксперты. По данным председателя комиссии Общественной палаты РФ по национальной безопасности и социально-экономическим условиям жизни военнослужащих, членов их семей и ветеранов Александра Каньшина, военные госпитали, поликлиники отсутствуют в 47 субъектах России, где проходят службу 43 тыс. военнослужащих и проживают более 350 тыс. военных пенсионеров.
В итоге, отмечает Каньшин, «солдаты-срочники и офицеры вместе с ветеранами вопреки законодательству лишены права на бесплатное медобеспечение».
Реформирование коснулось и Внутренних войск МВД, несущих службу в том числе и в горячих точках. «Мне, как военнослужащей, можно отдать приказ и потребовать его немедленного выполнения, — рассказала «Газете.Ru» ветеран боевых действий в Чечне, фельдшер одного из подразделений Внутренних войск. — Но как они смогут заставить ехать в горячие точки, которые у нас были, есть и будут, гражданских медиков, которых набрали после сокращения офицерских должностей?»
Руководитель постоянной комиссии по военно-гражданским отношениям Совета при президенте РФ по развитию гражданского общества и правам человека, координатор общественного движения «Гражданин и армия» Сергей Кривенко считает проведенную командой экс-министра обороны реформу медслужбы «катастрофой, из которой надо выбираться».
«Необходимо восстанавливать численность коек и штаты в госпиталях, — считает эксперт. — После принятия решения о приостановлении закрытия военных медучреждений удалось наладить нормальную работу только в крупных госпиталях. А в небольших существует нехватка военных медиков и гражданского персонала. Одна из главных проблем сегодняшних госпиталей — низкая зарплата гражданских медиков. Об этом мы как раз сегодня говорили на круглом столе в Ростове-на-Дону с представителями медслужбы Южного военного округа».
Кроме того, считает Кривенко, ни в коем случае нельзя смешивать ликвидацию и передислокацию госпиталей. «Сейчас происходит передислокация частей и формирование крупных военных городков, и в этом случае возникает необходимость закрыть какой-то госпиталь и открыть его в новом месте, — говорит он. — Это оправданно и никак не связано с общей численностью медучреждений. Но то, что произошло в 2009—2010 годах, надо называть своими именами — это был разгром и распродажа военной медицины».