Диагноз члх что означает
Воспалительные заболевания — одна из самых частых проблем челюстно-лицевой области. Они могут иметь различные причины и течение. Все воспалительные процессы в этой части важно устранять как можно быстрее для исключения осложнений.
В медицинском центре «МедикПро» работает высококвалифицированный челюстно-лицевой хирург, один из лучших в Калуге. В клинике проводится полноценное обследование и лечение воспалительных заболеваний челюстно-лицевой области.
Причины появления воспалений
Большинство воспалительных заболеваний челюстно-лицевой области связаны с патологией зубов. К ним относятся периоститы, остеомиелиты, лимфадениты и прочие. Как правило, возникают в результате различных зубных заболеваний или окружающих зубы тканей. Кроме этого, возбудителями воспалительных инфекций могут быть стафилококки, стрептококки, грибок кандида и другие микроорганизмы, в том числе те, что присутствуют в полости рта каждого человека.
Нередко инфекция возникает из-за дефектов поверхностей зубов: кариозных поражений. Это становится входными воротами для инфекции. Осложнения связаны с тем, что ткани зуба не способны восстанавливаться естественным путём. Поэтому чем дольше вы тянете с походом к стоматологу, тем выше риск развития воспаления.
Виды воспалительных заболеваний челюстно-лицевой области
Лимфаденит
Это заболевание — воспаление лимфоузлов. Они выполняют важную функцию: препятствуют распространению инфекций от очага поражения. Чаще всего встречается подчелюстной (шейный) лимфаденит у взрослых: лечение этого недуга направлено на устранение воспалительного процесса и источника его возникновения.
Различают неспецифический и специфический лимфаденит, которые могут быть вызваны различными причинами. В первом случае очагом воспаления становятся гнойные раны, запущенная стадия кариеса, фурункул, флегнома. Второй тип вызывают различные инфекции.
Помимо этого, существуют гнойная и негнойная форма лимфаденита у взрослого на шее: лечение подбирается в соответствии с показаниями. Учитываются факторы, ставшие возбудителями заболевания, а также симптоматика.
В клинике «МедикПро» мы лечим лимфаденит шейный в любой стадии. Предварительно проводится тщательная диагностика. Важно дифференцировать заболевание от онкологии и лейкоза.
Периостит
Воспалительное заболевание надкостницы, которое вызывают патогенные микроорганизмы. Они проникают через поражения зубов и дёсен. Наиболее частые причины периостита челюсти — хронический периодонтит, пародонтит с осложнениями, другие воспалительные процессы, а также запущенный кариес зубов.
Остеомиелит
Заболевание развивается из-за проникновения бактерий-возбудителей в костную ткань челюсти, надкостницу. Также нередко поражается костный мозг. Различают острую форму заболевания, а также хронический остеомиелит челюсти: лечение подбирается в соответствии с показаниями индивидуально для каждого пациента.
Существует два способа проникновения бактерий к месту поражения: извне (экзогенный остеомиелит) и по кровотоку (эндогенный). Первый — наиболее распространённый и происходит в результате травмы или из воспалительного процесса окружающих тканей. Второй чаще всего встречается в детском возрасте.
Заболевание сопровождается общим недомоганием, вплоть до тяжёлого состояния, с признаками интоксикации. В месте поражения наблюдается припухлость, боль, усиливающаяся при надавливании, покраснение кожи. Повышается температура. Если не лечить остеомиелит, эти симптомы усиливаются, состояние больного значительно ухудшается.
Для лечения остеомиелита применяется интенсивная терапия антибиотиками и противовоспалительными препаратами. Часто острая форма требует установки дренажа для устранения гноя. Для этого делается трепанационное отверстие, через которое также промывается очаг поражения раствором антибиотиков.
Хирургическое лечение требуется лишь в сложных случаях, при появлении гнойных свищей, секвестров, на хронической стадии с признаками интоксикации. В этом случае поражённые ткани удаляются, а кость восстанавливается при помощи пластики. При этом цена лечения остеомиелита напрямую зависит от сложности.
Абсцесс
Острое воспаление, которое может локализоваться в различных тканях в полости рта. Чаще всего диагностируется абсцесс десны и зуба, который возникает из-за недостаточно тщательной гигиены. Бактерии проникают через дефекты поверхности зуба или ткани десны, впоследствии провоцируют гнойное воспаление.
Абсцесс челюстно язычного желобка, дна полости рта, твёрдого нёба или щеки также развивается из-за попадания бактерий в открытую рану. При отсутствии своевременного лечения быстро прогрессирует.
Пациенту назначаются противовоспалительные препараты и антибиотики. Также проводится чистка тканей для устранения гнойных скоплений. В случае абсцесса зуба осложнения могут привести к удалению. Такое лечение принимает врач в зависимости от картины заболевания.
Лечение воспалительных заболеваний в Калуге
При возникновении любых симптомов вышеописанных заболеваний важно немедленно обратиться к врачу. Даже день промедления может обернуться серьёзными осложнениями.
Челюстно-лицевой хирург стоматолог, работающий в нашей клинике, проведёт тщательное обследование и назначит грамотное лечение. Запишитесь на приём по телефону или через форму обратной связи на сайте.
Мы всегда рады помочь Вам и приглашаем в медицинском центре «МЕДИКПРО»!
Будьте зоровы!
Записаться можно по телефону: 8 (4842) 54-37-37; 8 (4842) 27-72-50.
Приобретенные дефекты и деформации мягких тканей и костей челюстно-лицевой области
Общая информация
Краткое описание
Протокол «Приобретенные дефекты и деформации мягких тканей и костей челюстно-лицевой области»
Код по МКБ-10:
Автоматизация клиники: быстро и недорого!
— Подключено 300 клиник из 4 стран
Автоматизация клиники: быстро и недорого!
Мне интересно! Свяжитесь со мной
Классификация
По локализации:
1. Дефекты и деформации губ.
2. Дефекты и деформации подбородочной области.
3. Дефекты и деформации ротовой щели.
4. Дефекты и деформации носа.
5. Контрактура челюсти.
6. Келоидные рубцы после травм.
7. Рубцы и деформации лица и шеи после ожогов.
8. Дефекты челюстей после удаления опухолей.
По этиологии:
1. После механических травм головы и шеи.
2. После физических травм (ожогов и отморожений).
3. После удаления опухолей ЧЛО.
Диагностика
Диагностические критерии
Жалобы: на косметический дефект, нарушение анатомо-функциональной целостности челюстно-лицевой области (зависит от вида деформации).
При объективном осмотре детей данной группы выявляются изменения тканей лица и шеи рубцового характера, деформирующие анатомические образования лица и шеи.
При локализации данных рубцов в приротовой области возможны рубцовые контрактуры, ограничивающие открывание рта, уменьшающие ротовую щель (рубцовая микростомия). При данной локализации рубцы деформируют красную кайму верхней или нижней губы. При посттравматических дефектах верхней губы или щечной области наблюдается наличие дефекта тканей, сообщающийся с полостью рта. На краях дефекта наблюдаются рубцовые изменения, возможны келлоидные рубцы.
При рубцовых деформациях носа наблюдается нарушение анатомии наружного носа, за счет рубцов. Рубцы могут быть как плоские, не вызывающие анатомической деформации крыльев носа, так и более грубые и поражающие подлежащие слои кожи и вызывающие деформацию хрящей носа, вплоть до сужения носовых ходов за счет рубцовых спаек.
При локализации рубцов в окологлазничной области возможны рубцовые контрактуры века, что приводит к птозу век, а при более тяжелых поражениях и к рубцовым спайкам между верхними и нижними веками. Данный вид деформаций может встречаться как с поражением глазного яблока, так и без нарушения целостности последнего.
При рубцовых состояниях предушной и околоушной областей наблюдаются деформации ушной раковины и мочки уха рубцовыми спайками. При глубоких поражениях данной области возможны рубцовые контрактуры жевательных мышц, что проявляется ограничением открывания рта.
Рубцовые деформации шеи, как правило, вызывают котрактуру шеи, т.е. ограничение подвижности головы той или иной степени. Различают 4 степени контрактуры шеи: от ограничения вертикального движения до полной неподвижности головы. При односторонней рубцовой деформации может быть приобретенная рубцовая кривошея.
Показатели лабораторных исследований не изменяются.
Рентгенологическая картина: изменяется при последствиях переломов костей лица.
Перечень основных диагностических мероприятий:
1. Общий анализ крови (6 параметров).
2. Общий анализ мочи.
3. Биохимический анализ крови.
4. Исследование кала на яйца глист.
5. Определение времени свертываемости капиллярной крови.
6. Определение группы крови и резус фактора.
8. Консультация врача анестезиолога.
Перечень дополнительных диагностических мероприятий:
2. УЗИ органов брюшной полости.
3. Рентгенография челюстных костей в двух проекциях.
Дифференциальный диагноз
Врожденные расщелины верхней губы и макростомии
Приобретенные дефекты верхней губы и при ротовой области
На дефект в/губы или щеки треугольной или щелевидной формы
На дефект различной формы
Патология приобретенная в результате травмы или других причин
Картина зависит от вида расщелины
В зависимости от полученной травмы
Лечение
Тактика лечения
Цель лечения:
5. При дефектах и деформации костей лица и челюстей после травм проводятся костно-пластические и контурные операции.
Режим охранительный, полупостельный.
Ограничение открывания рта до 1 мес.
Реабилитация в условиях стоматологической поликлиники по месту жительства. Диспансерное наблюдение челюстно-лицевого хирурга по месту жительства. Занятия лечебной гимнастикой.
Перечень основных медикаментов
Работа челюстно-лицевого хирурга – борьба за новое качество жизни пациента
Сергей Юрьевич Иванов Заведующий кафедрой Сеченовского университета, врач – челюстно-лицевой хирург, руководитель отделения ЧЛХ УКБ № 4. В 1979 году окончил ММСИ им. Н.А. Семашко. С 1987 по 1996 годы служил в МВД заместителем начальника отделения челюстно-лицевой хирургии и стоматологии Центрального госпиталя, главным стоматологом МВД РФ, в составе Миротворческих сил ООН. Кавалер ордена «За личное мужество», награжден медалью Организации объединенных наций «На службе мира» (In the Service of Peace). Работал в Великобритании – старшим врачом отделения челюстно-лицевой хирургии и хирургической стоматологии госпиталя города Бристоль (Bristol). Член Британской ассоциации челюстно-лицевых хирургов и Европейской ассоциации черепно-челюстно-лицевых хирургов. С 1996 года работает в российских вузах и клиниках. Президент стоматологической ассоциации хирургов-стоматологов и челюстно-лицевых хирургов России, член-корреспондент РАН, доктор медицинских наук, профессор.
Дежурные по Москве
В 2016 году по приглашению ректора Петра Глыбочко я пришел в ведущий медицинский вуз страны – Сеченовский университет. Здесь есть возможность реализовать научные и организационные идеи на высоком уровне, вывести отделение челюстнолицевой хирургии на лидирующие позиции. Мы развернули на базе УКБ № 4 отделение челюстно-лицевой хирургии, два направления стоматологической помощи: госпитальное отделение и дневной стационар. Принимаем ургентных и плановых больных. Ургентная – неотложная помощь – это наши дежурства по Москве и Московской области три дня в неделю. Все самые сложные случаи челюстно-лицевой хирургии, повреждений головы и шеи: флегмоны, переломы, автокатастрофы, ранения и множество других травм – везут к нам, на ул. Доватора, 15.
Мы работаем как на войне: никогда не знаешь заранее, как пройдет дежурство и насколько тяжелыми будут пациенты. Это очень ценно для подготовки молодых кадров. Профессиональное совершенство достигается через повседневную, трудную, но крайне необходимую работу. Кроме ургентной развернуто оказание высокотехнологичной стоматологической помощи: нам было выделено 90 квот, но в итоге реализовано почти в два раза больше – 170, предоставляем платные услуги плановым и неотложным пациентам по ОМС и ДМС.
Ждать ли чудес в челюстно-лицевой хирургии
Интересный факт: наша кафедра ЧЛХ – одна из первых в России и создана по инициативе Николая Васильевича Склифосовского. В 1885 году в университете было выделено помещение для хирургов, занимающихся патологией головы и шеи. Сегодня кафедра занимается челюстно-лицевой хирургией, хирургической стоматологией и имплантологией, реконструктивной и пластической хирургией челюстно-лицевой области, лечением пациентов с сосудистыми заболеваниями. Важно отметить, что нас видят и слышат – мы получаем помощь и поддержку ректора Петра Глыбочко. Ждать ли чудес в ЧЛХ? Да. Мы активно работаем с Институтом биологии гена РАН над развитием тканевой инженерии, клеточных технологий. Уже сегодня мы делаем компьютерную томографию и можем точно сказать, какой объем костной ткани мы иссечем пациенту по поводу того или иного заболевания. Работаем над тем, чтобы вырастить костную ткань в организме пациента и тут же на сосудах установить ему такую же кость, один в один, как его собственная.
Ректором университета поставлена задача по выполнению высокотехнологичных операций. Мы развиваемся в этом направлении, в частности вместе с радиохирургами проводим сложнейшие реконструктивно-пластические операции по устранению обширных дефектов и деформаций мягких тканей, мальформации, сосудистых аномалий головы и шеи, микрохирургические операции на костях лицевого скелета с одномоментным устранением образовавшегося раневого дефекта или замещением его с помощью челюстно-лицевого протезирования.
Правим генетические нарушения
Неотъемлемая часть нашей работы – операции при врожденных пороках развития черепно-челюстно-лицевой области. Здесь мы работаем с генетиками, детскими стоматологами и ортодонтами Стоматологического института Сеченовского университета (руководитель направления Адиль Мамедов), выстраиваем систему преемственности. Детские стоматологи и ортодонты, осуществляя лечение и временное протезирование, дают возможность для нормального развития ребенка. Это великое дело. К нам поступают пациенты после 15–17 лет, когда заканчивается формирование костей.
Дистальная окклюзия – аномалии прикуса, эктодермальная дисплазия и множественная адентия – недоразвитие челюсти, отсутствие зачатков зубов – все это, наряду с психологическими проблемами и нарушениями речи, вызывает целый ряд других заболеваний, снижает качество жизни, приводит человека к изоляции и депрессии. Исправить генетические нарушения, восстановить эстетические пропорции лица – наша забота.
Право на жизнь без боли
В нашей работе мы исходим из того, что у пациента могут быть разные заболевания и причины их возникновения, но каждый имеет право на достойную жизнь без стресса и боли. У нас персонализированный подход к каждому пациенту. Путь к здоровью в челюстно-лицевой хирургии занимает от полугода до полутора лет, и мы проходим его вместе с нашими пациентами. Риски осложнений мы сводим к нулю, но даже такая простая операция, как установка имплантантов – это мировая статистика, дает порядка трех процентов неудач: крайне редко, но бывает аллергия на титан. Обо всех рисках заранее говорим с пациентом, заботимся об анестезиологическом обеспечении реконструктивных операций.
Одно из правил нашей клиники, а у нас проходят лечение пациенты с тяжелыми челюстно-лицевыми патологиями, – в палатах не должно быть зеркал. Пока мы преодолеваем врожденные или приобретенные деформации лица, переломы костей лицевого скелета, патологии прикуса, заболевания височно-нижнечелюстного сустава и слюнных желез, отражение в зеркале не должно травмировать пациента. Работа челюстнолицевого хирурга, по сути, это избавление от зла, создание условий для лучшего качества жизни, формирование нового социального статуса пациента.
Космические технологии ЧЛХ
Мы неустанно работаем над развитием новых технологий в челюстно-лицевой хирургии. В России при моем непосредственном участии разработана серия биокомпозиционных материалов для костных имплантатов остеоиндуктивного действия, скаффолды и индукторы костной ткани, создана инновационная российская имплантационная система (ИРИС). Российские и иностранные имплантационные системы обязательно работают с университетами, каждая деталь имплантатов должна иметь научное обоснование. Работая над совершенствованием имплантатов, мы развиваем сотрудничество с МВТУ им. Н.Э. Баумана и профильными научно-исследовательскими институтами, корпорацией «Роскосмос». В частности, на одном из заводов корпорации начинается изготовление титановых имплантатов для отделения ЧЛХ Сеченовского университета.
Мы работаем над тем, чтобы, добившись высочайшего качества имплантатов российского производства, снизить их стоимость. Протезирование в стоматологии всегда было платным. Мы стараемся максимально облегчить пациентам финансовую составляющую лечения, применяя механизм ОМС, высокотехнологичные квоты.
С учетом развития новых технологий мы планируем совершенствовать ряд направлений ЧЛХ: – эндоскопию – малоинвазивные операции при помощи эндоскопов; – микрохирургию – не просто удалять опухоль, а полностью восстанавливать лицо, формируя челюстно-лицевую область при помощи аутогенных материалов; – челюстно-лицевую коррекцию – ортогнатическую хирургию.
Нами разработаны уникальные схемы операций, есть авторские свидетельства, своя школа ортогнатической хирургии. Согласно распоряжению ректора, создаем дочерние клиники в регионах. За год работы их уже несколько: в Томске, Смоленске, Нижнем Новгороде, Назрани, Грозном, Махачкале – и эта работа продолжается.
Наряду с высокими технологиями достижения в челюстно-лицевой хирургии – это всегда результат терпеливой и кропотливой работы междисциплинарной команды. Команду отделения ЧЛХ Сеченовского университета – хирургов-стоматологов, челюстно-лицевых хирургов, ортопедов, терапевтов, ортодонтов – набираю по следующим принципам: великое желание работать в том направлении, в котором работаем мы, причастность к медицине и понимание того, что челюстно-лицевая хирургия – тяжелый хлеб. Не приемлю меркантильность, желание немедленно, любым путем получить миллион. Прежде всего ты врач, а потом менеджер.
Полагаю, что причастность к большой медицине, науке и клинической практике начинается со студенческого научного кружка и первых студенческих научных работ и не прекращается никогда. Всегда с благодарностью вспоминаю моих учителей – врачей и ученых Алексея Бизяева, Евгения Соколова, Леонида Геллера. Сегодня у меня более ста ординаторов и множество дистанционных образовательных программ. Еженедельно проводим вебинары по направлениям: основы имплантологии; актуальные вопросы хирургической стоматологии и челюстно-лицевой хирургии. Разработан график, система контроля участия. В то же время в челюстно-лицевой хирургии необходимые навыки можно получить только в контактной борьбе за знания и опыт. Над этим мы тоже работаем. Мы всегда, всю жизнь учимся. Медицина – это образование на протяжении всей жизни.
Реабилитация после челюстно-лицевой хирургии
Оглавление
хирургия является направлением, посвященным лечению воспалительных заболеваний твердых и мягких тканей лица и шеи, устранению последствий травм, удалению злокачественных новообразований, приобретенных и врожденных дефектов челюстей, головы, полости рта и других областей.
Реабилитация в этой сфере зачастую не менее важна, чем сама терапия. Именно восстановление обеспечивает все условия для полноценного возвращения человека к активной социальной жизни: к работе, хобби, общению с друзьями и др.
Когда требуется проведение операций
хирургия – обширное направление, проведение операций в котором актуально при большом перечне патологических состояний и заболеваний. Сегодня применяются современные методики, позволяющие сократить продолжительность восстановительного периода и снизить риски побочных эффектов и осложнений.
К основным ситуациям, требующим вмешательств, относят:
Также хирургия направлена на реконструкцию различных участков: орбиты, скулоносоглазничного комплекса и др. Врачи проводят пластику мягких тканей, остеопластику, свободную пересадку тканей, коррекцию нарушений слезоотведения, удаление избытков кожи, ринопластику, формирование складок век, эндо- и эктопротезирование и др.
Показания к операциям
Основными показаниями к вмешательствам являются:
Также операции в хирургии могут проводиться по пожеланиям пациента, обусловленным неудовлетворенностью собственной внешностью.
Подготовка к операции
Подготовка к любому вмешательству включает:
Противопоказания
К общим противопоказаниям относят:
Выделяют и местные противопоказания. Отказаться от операции следует при незначительной степени деформации и отсутствии функциональных нарушений, когда эстетический фактор не имеет принципиального значения (например, у лиц пожилого возраста). Отложить вмешательство следует при воспалительных процессах в зоне воздействия. Также противопоказанием являются воспаления в челюстях, полости носа, близко расположенных лимфатических узлах.
Особенности реабилитации после челюстно-лицевой хирургии
Восстановление нередко играет решающую роль в успешности всех процессов и степени удовлетворенности от них как пациента, так и хирурга. При этом оно связано с рядом сложностей, обусловленных восстановлением не только функций различных частей тела, но и их эстетичности. Зачастую медицинская реабилитация в хирургии проводится с обязательной психологической поддержкой.
К особенностям восстановления также относят:
Важно! Грамотный подход к реабилитации в хирургии, планирование всех мероприятий, тесное сотрудничество врачей смежных специальностей позволяют обеспечить благоприятный прогноз и высокое качество жизни пациента после вмешательства. Очень важно и чтобы сам больной был готов выполнять все рекомендации специалистов и четко следовать данным ими инструкциям в период восстановления.
Преимущества реабилитации в МЕДСИ
Диагноз члх что означает
Лицевые параличи и парезы врожденной и приобретенной этиологии у детей и подростков изучены недостаточно. Статистические данные по частоте встречаемости данного заболевания неоднозначны. Врожденный лицевой паралич или парез встречается у 1—2 новорожденных из 1000 (R. Sherman, R. Zuker, 2014. The facial nerve). Одним из самых распространенных синдромов, сопровождающихся наличием выраженной деформации лица, является синдром гемифациальной микросомии. При данном синдроме частота поражения лицевого нерва составляет 10—45% (C. Heike, D. Luquetti, A. Hing 2009, Craniofacial microsomia overview). Частота встречаемости приобретенного периферического лицевого пареза составляет 1,4—8,6 на 100 000 населения (И.А. Ширшов, О.Н. Древаль, Л.Б. Лихтерман, А.В. Горожанин, 2011. Травма лицевого нерва). Поражение лицевого в ряду заболеваний периферической нервной системы занимает второе место (П.Н. Альперович, В.Е. Гречко, 1990; Н.Н. Яхно, 2003; В.О. Калина, М.А. Шустер, 2003).
Этиология лицевого пареза и паралича различная: врожденная, травматическая, неврологическая, инфекционная, генетическая, метаболическая, сосудистая, опухолевая. токсическая, ятрогенная, идиопатическая (M. Barbara, 2014. The facial nerve).
Существует ряд способов лечения лицевых параличей и парезов: нейропластика (нейрорафия, анастомозы лицевого нерва с жевательным, челюстно-подъязычным, подъязычным нервами); кросс-пластика; транспозиция мышц; аутотрансплантация мышц с одномоментной реиннервацией; статическая коррекция; ботулинотерапия, медикаментозное лечение, периферическая электромиостимуляция в целях профилактики атрофии в обездвиженных мышцах (А.И. Неробеев, З.Ю. Висаитова, М.М. Сомова, К.С. Салихов, 2013).
Материал и методы. Исследование проводилось на 9 объектах (нефиксированный секционный материал) в возрасте от 25-й недели эмбриогенеза до 7 мес постнатального периода развития. Масса тела объектов составляла от 560 г.
У всех объектов причина смерти не была связана с патологией челюстно-лицевой области, а также в анамнезе не было выявлено травм и заболеваний периферической нервной системы.
Предметом изучения стало обнаружение, описание и измерение ряда анатомических структур (лицевая, подъязычная, икроножная, жевательная, большой ушной нерв, тонкая мышца, двубрюшная мышца); измерение расстояния между козелками ушных раковин с двух сторон; а также расстояния между головкой и латеральной лодыжкой малоберцовой кости.
Вышеуказанные нервы и мышцы являются материалом, используемым для аутотрансплантации при выполнении операций по восстановлению мимики. Однако в отечественной и зарубежной литературе не обнаружены исследования по корреляции антропометрических характеристик названных структур между собой в различные возрастные периоды у детей; зависимости длины икроножного нерва и тонкой мышцы от длины малоберцовой кости; возможности использования двубрюшной мышцы для восстановления мимики при параличах мышц, иннервируемых краевой нижнечелюстной ветвью лицевого нерва.
Результаты и обсуждение. В ходе выполнения работы в общей сложности было выделено: лицевых нервов — 10; больших ушных нервов — 8; жевательный нерв — 1; добавочный нерв — 1; подъязычных нервов — 4; икроножных нервов — 7; тонких мышц — 3.
Доступ к органам и тканям челюстно-лицевой области осуществлялся через заушный доступ (2), заушный с продолжением в занижнечелюстную область (4), предушно-заушный доступ (3), поднижнечелюстной доступ (1). Доступ к икроножному нерву осуществлялся через разрез в области задней поверхности голени, проведенный от проекции подколенной ямки до середины расстояния между проекцией ахиллова сухожилия и латеральной лодыжки. Доступ к тонкой мышце осуществлялся через разрез в области медиальной поверхности верхней трети бедра.
Доступ к стволу и области деления лицевого нерва на височно-лицевую и шейно-лицевую ветви из вышеуказанных доступов (за исключением поднижнечелюстного) не представлял сложности ввиду локализации нерва вблизи выполнения хирургического доступа и расположения рядом с сосцевидным отростком, легко доступным для пальпации, а также характерного ветвления нерва на ветви. При возможности продления доступа из заушной в предушную область облегчался поиск ветвей лицевого нерва. Отметим, что в одном случае при выполнении предушно-заушного доступа (масса объекта 560 г) нами были обнаружены 5 ветвей лицевого нерва и более мелкие ветви, а также задний ушной нерв и двубрюшная ветвь, отходящие от ствола до вхождения в толщу околоушной слюнной железы.
Доступ к большому ушному нерву также не представлял сложности ввиду его поверхностного расположения и локализации кзади и выше относительно наружной яремной вены.
Жевательный нерв нами был обнаружен всего 1 раз при выполнении операции из предушно-заушного доступа. По нашему мнению, выделение жевательного нерва без продления хирургического доступа в предушную область крайне затруднительно и может сопровождаться повреждением близлежащих анатомических структур.
Выделение подъязычного нерва, по нашей оценке, возможно из всех вышеуказанных доступов (за исключением заушного доступа), поскольку у объектов в большинстве случаев хорошо визуализировалось заднее брюшко двубрюшной мышцы.
Обнаружение тонкой мышцы вместе с передней ветвью запирательного нерва и сосудистой ножкой, имеющей в своем составе одну артерию и две вены, удалось на материале массой 1340 г, ростом 42 см. Однако размер нерва и сосудистой ножки не позволяет, по нашей оценке, проводить микрохирургический этап аутотрансплантации тонкой мышцы. В 2 других случаях на объекте массой 1000 г, ростом 32 см была выделена мышца, однако обнаружить переднюю ветвь запирательного нерва и сосудистую ножку не удалось (в одном случае был обнаружен только нерв, в другом — только сосудистая ножка). Во всех 3 случаях длина тонкой мышцы составила 26—27 мм, чего не хватает для фиксации к углу рта и скуловой дуге.
Длина икроножного нерва составила от 50 до 70 мм (50—64 мм у объектов в возрасте до 1 нед жизни в постнатальном периоде и 70 мм у объекта в возрасте 7 мес). Выделение икроножного нерва на объектах массой до 1 кг с помощью малоинвазивного доступа считаем возможным при изготовлении соответствующего инструментария.
Расстояние между козелками ушных раковин, измеренное путем наложения нити на кожу лица в проекции верхней губы, щечных и околоушно-жевательных областей с последующим измерением ее длины, составило от 114 до 157 мм. Отметим, что указанное расстояние имеет корреляцию с массой объектов. Дважды проводилось моделирование кросс-пластики лицевого нерва аутотрансплантатом из икроножного нерва у новорожденного объекта и у объекта возрастом 7 мес. В результате в обоих случаях длины икроножного нерва не хватило для выполнения кросс-пластики.
Соотношение длины малоберцовой кости и длины икроножного нерва, по нашим наблюдениям, имеет корреляцию: длина икроножного нерва составляет 100±15% относительно длины малоберцовой кости.
Также нами была смоделирована операция: транспозиция двубрюшной мышцы в позицию мышцы, опускающей угол рта на ипси- и контралатеральной стороне. Операция выполнена на объекте массой 2320 г, ростом 47 см. По предварительной оценке, подобные операции могут быть выполнены в любом возрасте.
Стоит добавить, что все вышеуказанные операции были выполнены без применения бинокулярной оптики, операционного микроскопа и микрохирургического инструментария.
Вывод. Лечение детей с лицевыми параличами и парезами является сложной и малоизученной проблемой (как клинической, так и социальной). Больных с параличами и парезами необходимо реабилитировать в максимально ранние сроки во избежание атрофии мышц лица с формированием грубых деформаций и развития психологических отклонений. Необходимо обосновать и разработать возрастные и антропометрические показания и противопоказания для проведения существующих операций по восстановлению мимики. Вышеописанное исследование нуждается в продолжении.
Роль врачей-стоматологов в организации лечения челюстно-лицевых ранений в годы Великой Отечественной войны
К.А. Борисенко, С.В. Крамар
ФГБОУ ВО «Московский государственный медико-стоматологический университет им. А.И. Евдокимова» Минздрава России, Москва, Россия
Челюстно-лицевая хирургия и травматология свое развитие получила, главным образом, в результате уроков военных действий. Несмотря на всю тщательность подготовки врачей к началу войны, несмотря на решение всех вопросов, с которыми врачу предстоит встретиться, нередко приходится пересматривать то, что считалось бесспорным, а иногда менять основные установки, разработанные в результате предвидения будущей войны. «Всякая война заставляет хирургов и травматологов в сравнительно короткий срок переоценивать те ценности, которые накапливались иногда в течение многих лет в предвоенный период», — писал доцент В.Ю. Курляндский в 1944 г. Изучив некоторые архивные материалы, мы убедились в правильности этих высказываний, а самое главное, мы еще раз убедились в том, как велика роль стоматолога на фронтах войны. В доказательство приводим переписку начальника медицинской службы 3-го Украинского фронта генерал-майора медицинской службы с Лечебно-эвакуационным управлением Главсанупра Красной Армии по поводу роли врача-стоматолога при лечении и эвакуации раненых в челюстно-лицевую область.
Начальник медицинской службы 3-го Украинского фронта генерал-майор медицинской службы И.А. Клюсс 30 декабря 1944 г. обратился в Лечебно-эвакуационное управление Главвоенсанупра Красной Армии с предложением ликвидировать должность помощника главного хирурга фронта врача-стоматолога и заменить ее помощником главного хирурга фронта специалистом по госпиталям для лечения легкораненых. Мотивация И.А. Клюсса была следующей: «…челюстно-лицевые ранения к общему числу боевых ранений составляют 1,3%, в то время как процент легкораненых составляет 40%». На свое обращение И.А. Клюсс получил отказ.
15 марта 1945 г. начальник Главного военно-санитарного управления (ГВСУ) генерал-полковник медицинской службы Е.И. Смирнов ответил на это обращение разъяснением причины этого отказа. Е.И. Смирнов пишет И.А. Клюссу: «Нет смысла отрицать полезность штатного работника в военно-санитарном управлении фронта в качестве инспектора по госпиталям для лечения легкораненых. Он, безусловно, нужен и даже не один. Но нельзя согласиться с Вашим предложением осуществить это мероприятие за счет стоматолога фронта — этот мотив Ваш, не состоятелен и даже вреден». Далее Е.И. Смирнов пишет, что, действительно, процент ранений челюстно-лицевой области по военной статистике всегда меньше ранений, отнесенных к «легким» в 25—30 раз. Однако только количественный критерий при построении штатной структуры и для правильной организации лечебно-эвакуационного обеспечения раненых и больных недопустим. Проблема организации этапного лечения с эвакуацией по назначению раненых с повреждением лица и челюстей сложнее, чем многие ее себе представляют. Достаточно напомнить о функциях жевания, глотания, речи и дыхания человека, чтобы отвергнуть количественный подход к решению проблемы лечения и эвакуации таких раненых. Военные врачи должны обязательно помнить, что челюсти составляют основу лицевого черепа, а лицо играет большую роль в нормальной жизнедеятельности человека, эстетике и его психическом состоянии. Повреждения лица ведут к уродству, особенно в случаях несвоевременной или неквалифицированной медицинской помощи. Наличие уродства лица сопряжено с душевными переживаниями, личными и семейными страданиями. Е.И. Смирнов рекомендует И.А. Клюссу прочитать рассказ А. Толстого «Русский характер», который был напечатан в газете «Красная Звезда» 7 мая 1944 г. Уродства при ранениях лица возникают тогда, когда военная медицина не пользуется организационными достижениями полевой медицинской службы и современной челюстно-лицевой хирургии из-за количественного подхода руководителей к организации лечения боевых повреждений.
В труде В.А. Оппеля «Очерки хирургии войны» приводятся цифры смертности в подвижных и этапных лазаретах в Первую мировую войну — 3,5 и 9,2%, а также цифры смертности оперированных и не оперированных раненых с повреждениями лица. Смертность среди оперированных была выше, чем среди неоперированных, так как количество операций в ближайших к фронту лечебных учреждениях было невелико, операции производились в основном в госпиталях с большим опозданием, что сопровождалось высоким процентом смертности. Отношение оперированных и неоперированных раненых с челюстно-лицевыми ранениями в подвижных лазаретах 1:8, в этапных 1:3,6. Все это говорит об отсутствии должного руководства хирургической деятельностью. По итогам Первой мировой войны можно сделать вывод, что система лечения и эвакуации раненых с повреждениями лица отсутствовала, не было квалифицированной помощи в войсковых, армейских районах и даже в госпиталях фронтовых районов.
Советская челюстно-лицевая хирургия добилась больших успехов, выделилась в самостоятельную медицинскую дисциплину, поэтому общие хирурги не занимались хирургией лица, медицинские сестры не имели опыта ухода за ранеными в челюстно-лицевую область.
К началу Великой Отечественной войны была предусмотрена штатно-организационная структура лечения и эвакуации раненых в челюстно-лицевую область: в медико-санитарных батальонах был зубоврачебный кабинет с одним зубным врачом, в ротах по две челюстно-лицевых группы, в каждой по два врача врача-стоматолога, в эвакуационных госпиталях фронтов и тыла — специалисты челюстно-лицевых отделений с зубопротезным кабинетом и лабораторией с тремя врачами-протезистами и тремя зубными техниками. Организация лечения раненых с челюстно-лицевыми поражениями была в тесной связи с комплексным лечением нейрохирургами, офтальмологами, оториноларингологами и стоматологами. Благодаря этому за первый год войны было возвращено в строй 83,3% раненых. Смертность в медико-санитарных батальонах была достаточно высокой — 3%, что говорит о низком уровне качества ухода за ранеными в челюстно-лицевую область и слабом хирургическом вмешательстве. Причиной тому была низкая подготовка студентов — выпускников по травматологической квалификации. Главные хирурги фронтов и армий не уделяли должного внимания организации эвакуации и лечению раненых в челюстно-лицевую область, а обучать общих хирургов хирургическим вмешательствам в челюстно-лицевой области шинированию поврежденных челюстей, протезированию, за операционным столом очень сложно. Организация правильного питания раненых в челюстно-лицевую область в медико-санитарных батальонах и полевых подвижных госпиталях, систематическое обучение медицинских сестер, зубных врачей и стоматологов — это элементарное, но крайне важное дело. Вот поэтому в 1942 г. была введена должность помощника главного хирурга — стоматолога фронта в военно-санитарных управлениях фронтов. Безусловно, приписывать улучшение дела эвакуации и лечения раненых с повреждениями лица в последующие годы Отечественной войны только стоматологам нельзя, но и отрицать их заслуги в успехах по лечению таких раненых было бы несправедливо. Для того, чтобы судить об успехах в лечении и эвакуации раненых с повреждениями челюстей и мягких тканей лица, необходимо отметить, что процент смертности среди раненых в челюстно-лицевую область, прошедших через медико-санитарные батальоны, из года в год уменьшался. В 1-й год войны умерли 3%, на 2-м году — 2,2%, в течение 3-го года – 1,5%. Смертность в медсанбате на 3-м году войны уменьшилась в 2 раза. Кроме того, удалось повысить процент возврата в строй раненых с 59,5% на 1-м году войны, до 64,8% на 3-м году войны, а смертность среди них уменьшилась с 9,1% на 1-м году до 6,0% на 3-м году. К осложнениям при лечении в эвакуации относятся ложные суставы, неправильно сросшиеся переломы, контрактуры и остеомиэлиты челюстей. Немаловажную роль в снижении этих осложнений играет профилактика огнестрельных повреждений челюстей, которая должна начинаться с первичной обработки ран. Исключительную роль в профилактике этих осложнений играют также правильный выбор метода крепления костных отломков, тщательный уход за полостью рта и по показаниям назначение занятий лечебной физкультурой в госпиталях армейского и фронтового районов. Совершенно очевидно, что смертность раненых с повреждениями челюстно-лицевой области может быть уменьшена при качественной эвакуационной работе.
Причинами «острой смерти» в медико-санитарных батальонах и хирургических полевых подвижных госпиталях являются: шок, шок плюс кровопотеря и асфиксия. На следующем месте стоят такие осложнения, как пиэмия, анаэробная инфекция, абсцесс и гангрена легких. Вот почему Главное военно-санитарное управление считает несостоятельными мотивы по замене должности стоматолога фронта врачом-инспектором по госпиталям для лечения легкораненых.
На основании вышесказанного напрашивается вывод, что главным и общепризнанным для руководителей медицинской службы во время войны считается тщательный прием прибывающих соединений, сортировка раненых, организация лечения и эвакуации раненых с повреждением челюстно-лицевой области, знакомство с личным составом зубных врачей, стоматологов челюстно-лицевых групп, все это приводит к снижению смертности раненых, прошедших боевые действия, что повышает качество лечения и процент возвращенных в строй раненых.