Долгая память хуже чем аквариум
Навеяло что-то и вспомнилась эта песня. «И сплоченность рядов есть свидетельство дружбы
Или страха сделать свой собственный шаг».
А » женщины те, что могли быть как сестры, красят ядом рабочую плоскость ногтей, и во всем, что движется, видят соперниц,
хотя уверяют, что видят
И мы несем свою вахту в прокуренной кухне,
В шляпах из перьев и трусах из свинца,
И если кто-то издох от удушья,
То отряд не заметил потери бойца.
И сплоченность рядов есть свидетельство дружбы
Или страха сделать свой собственный шаг,
И над кухней-замком возвышенно реет
Похожий на плавки и пахнущий плесенью флаг.
И у каждого здесь есть излюбленный метод
Приводить в движение сияющий прах:
Гитаристы лелеют свои фотоснимки,
А поэты торчат на чужих номерах.
Но сами давно звонят лишь друг другу,
Обсуждая насколько прекрасен наш круг,
А этот пес вгрызается в стены
В вечном поиске новых и ласковых рук.
И, логически мысля, сей пес невозможен,
Но он жив, как не снилось и нам, мудрецам,
И друзья меня спросят: «О ком эта песня?» …
Я отвечу загадочно: «Ах, если б я знал это сам»
Познавательный ресурс о культуре, науке и искусстве
Кур.С.Ив. ом
Сайт Курия Сергея Ивановича
АКВАРИУМ — «Электрический Пес» (БГ)
Входит в альбом «Синий альбом» (1981)
КОММЕНТАРИИ к ПЕСНЕ:
***
БГ:
«Электрический пес» родился под впечатлением от ностальгических кухонных разговоров. Это было чудовищно: на дворе 80-й год, еще ничего толком не произошло, а меня уже тогда достали эти воспоминания на тему «как все было хорошо»… И у меня прорвалась злобная тирада в адрес всех этих людей, которые вместо того, чтобы жить настоящим, все время живут прошлым.
***
Из интервью О. Сагаревой с БГ, апрель 1992 г.:
БГ: А очень любимые всеми вещи, такие как «Электрический пес», или тот же самый «Поезд в огне» несчастный — к «Аквариуму» имеют отношение очень опосредованное, и это то, что с «Аквариумом» часто путают. Это уже band ego начинает делать самые простые и ясные вещи — то, что должно быть сделано. Подсобная работа.
— Мне кажется, без этого тоже нельзя было бы обойтись…
БГ: Нет, без этого нельзя обойтись, но если бы этого не было, то «Аквариум» был бы чище…
— Я думаю, тебе не удалось бы справиться с тем, чтобы этого не было…
БГ: Так естественно, я и не пытался никогда с этим справляться.
— Имеет ли какое-то отношение песня «Электрический пёс» к механическому/электрическому псу, персонажу из роману Брэдбери «451 градус по Фаренгейту»?
***
Стареющий юноша… — см.:
из стихотворения А. Блока «Двойник»:
«…Вдруг вижу — из ночи туманной,
Шатаясь, подходит ко мне
Стареющий юноша (странно,
Не снился ли мне он во сне?),
Выходит из ночи туманной
И прямо подходит ко мне.
И шепчет: «Устал я шататься,
Промозглым туманом дышать,
В чужих зеркалах отражаться
И женщин чужих целовать…»
***
…отряд не заметил потери бойца… — строчка из знаменитого стихотворения М. Светлова «Гренада» (1926), впоследствии ставшего песней:
«Отряд не заметил потери бойца
И «Яблочко»-песню допел до конца»
***
И над кухней-замком возвышенно реет / Похожий на плавки и пахнущий плесенью флаг… —
Реплика БГ на акустическом концерте 1982 г. «Записки о Флоре и Фауне»:
Песня, которая по нашему долгому и печальному опыту требует комментариев… Может быть, кто-нибудь знает такую группу, как МАШИНА ВРЕМЕНИ. У них была прекрасная песня «Флаг над замком». И там была строчка: «…поднимать над башней мечты свой единственный флаг». Ну вот в следующей песне там как раз идет речь про этих людей, которые флаг когда-то подняли и про него забыли. Он там висит, а они все считают, что флаг есть, всё в порядке… А флаг висит там, пылится, превращается в неведомо что, начинает пахнуть, а они всё под знаком одной идеи…
***
Гитаристы лелеют свои фотоснимки, /А поэты торчат на чужих номерах… — См.
культура: «Гитаристы лелеют свои фотоснимки, а поэты торчат на чужих номерах». А почему? Что такого особенного делают иные представители творческих профессий, что у них порой «едет крыша»? Почему свои фотоснимки не лелеют, например, хлеборобы, учителя, шахтеры?
Гребенщиков: Еще как лелеют. Просто у них меньше возможностей красоваться на виду у всех. Ничего страшного, это естественный процесс: сначала «МОЯ жизнь в искусстве», потом «моя жизнь в ИСКУССТВЕ», потом просто жизнь, она же творчество. Настоящее же творчество замечательно лечит от гнета своего «Я».
***
Но он жив, как не снилось и нам мудрецам… — См.
В. Шекспир «Гамлет» (пер. М. Вронченко):
…»Есть многое на свете, друг Горацио,
Что и не снилось нашим мудрецам»…
***
А я отвечу загадочно: «Ах если б я знал это сам»… — См.:
«Ты что потерял, моя радость, — кричу я ему,
А он отвечает: «Ах, если б я знал это сам».
И друзья меня спросят: «О ком эта песня?»
И я отвечу загадочно: «Ах, если б я знал это сам…»
Как известно, слова «Ах, если б я знал это сам…» заимствованы из песни Булата Окуджавы «Ночной разговор». Но у последних двух строчек песни БГ есть и другой источник – завершающие строки песни Дилана «Ballad in Plain D» (альбом «Another Side of Bob Dylan», 1964):
Ah, my friends from the prison, they ask unto me,
«How good, how good does it feel to be free?»
And I answer them most mysteriously,
«Are birds free from the chains of the skyway?»
Стоит отметить, что «Ballad in Plain D» — одна из самых «злых» и «женоненавистнических» песен Дилана, что также отчасти делает ее похожей на «Электрического пса».
***
Наталья Чумакова (вдова Егора Летова, бас-гитаристка «Гражданской Обороны»):
В начале 2003 года мы записывали материал для «Долгой Счастливой Жизни» и «Реанимации», но думали тогда, что это будет только один альбом. В апреле пригласили из Тюмени барабанщика Сашу Андрюшкина, сделали с ним весь материал, но Егора продолжало переть, песни приходили и приходили. Так что в какой-то момент — наверное, это было уже осенью — мы стали записывать новые, уже без барабанов, только с гитаристом Саней Чеснаковым — и с драм-машиной. Мы тогда писались на агрегат, называемый портостудия «Роланд». И вот в некий момент нас спросили, не запишем ли мы что-то к намечавшемуся трибьюту Гребенщикова (или «Аквариума», не помню точно). Егор обрадовался и сказал, что как раз ему всегда нравилась одна песня и он думал ее записать. Была когда-то идея записать чужие песни – типа «Звездопада» — но уже не советские, а всяких современников. Ревякин там мог быть, например, — Егору нравилась песня «Сентябрь» — только Ревякин спеть ее не разрешил. Впрочем, речь не о том. Так вот, Егор решил, что трибьют — хороший случай записать симпатичную ему вещь. Когда спросили, что запишем, не колебался вообще ни секунды. «Электрический Пес». Мы ее где-то нашли, расписали партии и быстренько сыграли — не особо мудрствуя и под ту же драм-машину, поскольку было понятно, что Андрюшкина можно не звать — Егор уже руку на ней набил. Правда, в тот трибьют песня так и не вошла.
_______________________________________________________________________
Текст песни «Электрический Пёс»:
Долгая память хуже, чем сифилис,
Особенно в узком кругу.
Такой вакханалии воспоминаний
Не пожелать и врагу.
И стареющий юноша в поисках кайфа
Лелеет в зрачках своих вечный вопрос,
И поливает вином, и откуда-то сбоку
С прицельным вниманьем глядит электрический пес.
И мы несем свою вахту в прокуренной кухне,
В шляпах из перьев и трусах из свинца,
И если кто-то издох от удушья,
То отряд не заметил потери бойца.
И сплоченность рядов есть свидетельство дружбы —
Или страха сделать свой собственный шаг.
И над кухней-замком возвышенно реет
Похожий на плавки и пахнущий плесенью флаг.
И у каждого здесь есть излюбленный метод
Приводить в движенье сияющий прах.
Гитаристы лелеют свои фотоснимки,
А поэты торчат на чужих номерах.
Но сами давно звонят лишь друг другу,
Обсуждая, насколько прекрасен наш круг.
А этот пес вгрызается в стены
В вечном поиске новых и ласковых рук.
Но женщины — те, что могли быть, как сестры, —
Красят ядом рабочую плоскость ногтей,
И во всем, что движется, видят соперниц,
Хотя уверяют, что видят блядей.
И от таких проявлений любви к своим ближним
Мне становится страшно за рассудок и нрав.
Но этот пес не чужд парадоксов:
Он влюблен в этих женщин,
И с его точки зренья он прав.
У этой песни нет конца и начала,
Но есть эпиграф — несколько фраз:
Мы выросли в поле такого напряга,
Где любое устройство сгорает на раз.
И, логически мысля, сей пес невозможен —
Но он жив, как не снилось и нам, мудрецам.
И друзья меня спросят: «О ком эта песня?»
И я отвечу загадочно: «Ах, если б я знал это сам…»
_______________________________________________________________________
Электрический пёс
Аквариум
«Синий альбом» — первый исторический («естественный») альбом группы «Аквариум», впервые изданный в 1981 году. Все предыдущие записи были в смысле состава невыдержанными и нестабильными. «Искушение святого Аквариума» — Гребенщиков и Джордж, «Притчи графа Диффузора» — БГ, Михаил Файнштейн, Дюша Романов, «С той стороны зеркального стекла» — фактически сольный альбом Бориса Гребенщикова, «Все братья — сёстры» — БГ и Майк Науменко.
История
Во время записи альбома члены группы были увлечены регги и растафарианством, результатом чего стало наличие на «Синем альбоме» нескольких песен регги на соответствующую тематику: «Рутман», «Единственный дом (Джа даст нам всё)» и т. д. Когда осенью 80-го года у «Аквариума» появилась возможность записываться в студии Андрея Тропилло, они в качестве разминки тут же попытались сыграть реггей Эдди Гранта «How do you feel my love». «Аквариум» обосновался в Доме юного техника на Охте (как позже выяснилось, очень надолго) и приступил к записи. Изначально этот альбом планировался как запись так называемого «Тбилисского цикла», то есть песен, исполненных на фестивале «Весенние ритмы» в марте 1980 года. Осуществить эту задумку оказалось в то время невозможно ввиду отсутствия барабанов и барабанщика.
У Бориса тогда накопилось уже достаточно новых песен, и он стал просто приходить в студию и писать их — сегодня одну, завтра другую с теми, кто оказывался в студии на данный момент. Концепции альбома группы не было вообще. Это был первый опыт, и только к концу записи альбом приобрёл конкретные очертания и стал «Синим альбомом». Хотя Борис утверждает, что он прекрасно знал, что он делает, и видел «Синий альбом» ещё до того, как приступил к записи.
(Всеволод Гаккель «Аквариум как способ ухода за теннисным кортом», 2000 г.)
Борис Гребенщиков об альбоме:
Летом 1980 из ниоткуда появился крайне отдалённо знакомый по имени Андрей Тропилло и сказал — «Я помогу вам».
Первым знаком этой помощи был самодельный пульт в грубом деревянном ящике, привезённый им в Севкину квартиру (за неимением иного места складирования). Начало было многообещающим; пульт был похож на партизанскую взрывную машину.
Поздней осенью Тропилло, гипнотически убедив старушку-вахтёршу в том, что мы — пионеры, ввёл нас в Дом Юного Техника на Охте, где служил руководителем кружка звукозаписи. Играли фанфары, пел хор нелегальных ангелов — началась Новая Эпоха. (Гребенщиков, Б. Б. Краткий отчет о 16-ти годах звукозаписи.1997.)
В целом вся подборка песен, записанных «Аквариумом» в течение зимы 1980-81 гг., напоминала, по словам музыкантов, смесь: «обломков старого и наступившего нового». Оказавшись в студии, «Аквариум» захотел сразу всего — попробовать записать Дилана, реггей, чистую акустику «Гость» или подпольные страдания «Плоскости» в духе Вильвет Андеграунд. С реггей сделано то же, что Боб Дилан сделал с «британским попом» в своём электричестве — bringing it all back home (унося всё это к себе домой). И отныне джамайская музыка реггей начинает пускать корни на русской земле.
Для меня это был очень важный альбом, поскольку впервые в жизни мы получили возможность сделать именно то, что хотели сделать — естественный, натуральный альбом, как оно и положено. Ты включаешь его, и начинается экспириенс на 40 минут. Альбом хотелось сделать насыщенным — поэтому тут и фонограмма поезда, и Дюшкин инструментал, и многое другое. То есть пластинка должна была быть атмосферной — открытка из осени и зимы. В ней все песни связаны с тем, что с нами тогда происходило. (БГ)
Обложка альбома родилась экспромтом, фотосессия происходила в лифтовой шахте одного из зданий на Литейном проспекте, куда музыканты ходили в гости к своему бывшему звукорежиссёру Марату Айрапетяну. Съёмки состоялись прямо в подъезде. Отпечатанные фотографии прикреплялись клеем «Момент» на коробки магнитофонных плёнок. На чистые бобины вручную записывался сам альбом. Внешний торец картонных коробок заклеивался синими полосками, вырезанными из детских наборов цветной бумаги. Поэтому альбом получился «Синим».
На обратной стороне обложки название звукозаписывающей студии в целях конспирации обозначено как Los Pills Records.
Список композиций
Автор всех песен — Борис Гребенщиков, кроме специально отмеченной.
Эта сторона
1. Железнодорожная вода
2. Герой рок-н-ролла
3. Гость
4. Странные объекты между светом и звуком
5. Электрический пес
6. Все, что я хочу
7. Чай
Та сторона
8. Плоскость
9. Рутман
10. В подобную ночь
11. Единственный дом (Джа даст нам все)
12. Река
Бонус. «Антология — I. Синий альбом»
13. «Пионерская, 38»
14. «14»
15. «Вызываю огонь на себя»
В записи приняли участие
«Аквариум»:
Борис Гребенщиков — голос, гитары, фортепиано, губная гармошка
Дюша Романов — флейта, голос, эл. гитара
Михаил Файнштейн — бас, percussion
Всеволод Гаккель — виолончель
Дмитрий Гусев («Рыжий Чёрт») — губная гармошка, percussion
Андрей Тропилло — звукорежиссёр (запись на м/ф — предшественник студийной «Теслы» (возможно — «Тембр»))
Факты из истории создания
Запоминающийся образ «железнодорожной воды» родился в сознании Гребенщикова при отъезде в Солнечное под впечатлением от света ночных фонарей, который причудливо отражался на рельсах Финляндского вокзала и производил впечатление инородной жидкости, состоящей из элементов, не зафиксированных таблицей Менделеева. Также в песне использованы образы дзэн («…голый в снегу при свете полной луны»).
«Молодая шпана» и «Электрический пёс» были написаны под мрачными впечатлениями Гребенщикова от разрушенной личной жизни и ностальгических кухонных разговоров.
Композицию «Странные объекты между светом и звуком» Файнштейн и Дюша записали без какого-либо участия Гребенщикова, но этот инструментальный кусок ему настолько понравился, что вошёл в альбом.
На песне «Плоскость» используется единственный звуковой эффект, который имелся на динаккордовском ревербераторе. С его участием, кроме «Аквариума», будут впоследствии записаны «Кино», «Алиса» и «Зоопарк».
Рутман — «коренной человек»
Песня «В подобную ночь», навеяна песней Боба Дилана «On a night like this».
Что касается бонус-треков к альбому:
«Пионерская, 38» — одна из тех песен, о которых Гребенщиков сказал: «Нашлись вещи, которых я сам с 80 года не слышал… Я даже не помню, что мы их записывали, забыл, что они есть вообще!». Запись сделана явно не в студии у Тропилло.
«14» — песня из одноимённого несуществующего альбома.
«Вызываю огонь на себя» — это единственное зафиксированное исполнение — концерт под условным названием «Go, Fagot, go». Именно эта запись из архива Павла Северова и представлена на диске. К нему она попала от Сергея Еремина, который лет десять назад где-то раздобыл эту запись. Предыдущего в цепочке владельцев этой записи вычислить так и не удалось. В 2012 г. эта запись вошла в сборник «Тайная история пчеловодства»
Переиздания
1996 год — студия «Триарий» выпустила альбом без бонус-треков и в собственном оформлении.
2002 год — альбом переиздан на CD в рамках проекта «Антология». В этом издании добавлено три бонус-трека.
Кто такие Электрический Пёс, старик Козлодоев и мочалки, о которых пела группа АКВАРИУМ?
Прежде чем продолжить разбор хитов группы АКВАРИУМ, я хочу обратить ваше внимание на расхожее представление о Гребенщикове как исполнителе преимущественно пасторальных идиллических песен. Однако в его творчестве случались песни довольно мрачные, а иногда даже злые. Ярким примером злой сатиры от БГ может служить песня «Электрический Пёс».
«Электрический Пёс» (1981)
Несмотря на то, что в тексте действует некий загадочный Электрический Пёс (он хоть и электрический, но живее остальных персонажей этой песни), посыл довольно внятен — это резкая критика не понаслышке знакомой Гребенщикову интеллигентской богемы, окопавшейся на кухнях и ностальгирующей. По ушам хлещет уже первая строчка — «Долгая память хуже, чем сифилис…», и далее перед нами открывается мир, где «один с изумлением смотрит на Запад, а другой с восторгом глядит на Восток», «гитаристы лелеют свои фотоснимки», а «над кухней-замком возвышенно реет, похожий на плавки и пахнущий плесенью, флаг…». Прозвучало даже редкое в устах Гребенщикова слово на букву «Б».
БГ:
«Может быть, кто-нибудь знает такую группу, как МАШИНА ВРЕМЕНИ. У них была прекрасная песня „Флаг над замком“. И там была строчка: „поднимать над башней мечты свой единственный флаг“. Ну, вот в песне как раз идет речь про этих людей, которые флаг когда-то подняли и про него забыли. А флаг висит там, пылится, превращается в неведомо что, начинает пахнуть, а они всё под знаком одной идеи…»
В песне немало и других отсылок и цитат: из «Двойника» А. Блока («стареющий юноша»), из «Гренады» М. Светлова («Отряд не заметил потери бойца»), из «Ночного разговора» Б. Окуджавы («Ах, если б я знал это сам») и даже из «Гамлета» В. Шекспира («как не снилось и нам, мудрецам»).
«Электрический Пёс» стал одной из самых ярких песен «Синего альбома», а цепляющее соло на электрогитаре в песне исполнил флейтист и обладатель пронзительного бэк-вокала в АКВАРИУМЕ — Андрей «Дюша» Романов.
«Старик Козлодоев», «Мочалкин Блюз» (1981)
БГ:
«Я был так поражен, потому что я никак не представлял, что считающие себя серьезными москвичи смогут так легко отнести эту песню к самим себе».
Позже Гребенщикову даже пришлось пояснять особо умным журналистам, что Козлодоева он с собой не ассоциирует, а песня вообще «про старческий маразм».
Впрочем, на альбоме «Треугольник» 1981 года эта песня смотрелась вполне на месте, ибо он был задуман, как некий сборник самых абсурдных и стёбовых произведений АКВАРИУМА, некоторые из которых были сочинены ещё в начале 1970-х на стихи Анатолия Гуницкого — одного из основателей группы и поставщика совершенно безумных текстов (возьмите хотя бы «Гибралтар-Лабрадор» в исполнении В. Бутусова).
Второй хит «Треугольника» — «Мочалкин блюз» — был впервые записан ещё в 1973 году для альбома «Искушение святого Аквариума» — как раз в тандеме БГ-Гуницкий, хотя автором и музыки и слов в этой песне выступил только Борис. Слушать ту запись без слёз было невозможно. И вот, когда подвернулась возможность песню перезаписать, БГ решил пригласить в студию Тропилло своего приятеля — Сергея Курёхина. Курёхин, в отличие от музыкантов АКВАРИУМА, был профессиональным пианистом. И хотя сфера его интересов лежала больше в области джаза и авангарда, позабавиться он был тоже не прочь. Придя в ужас от исполнительского «мастерства» «аквариумистов», он быстренько взял дело в свои руки и придумал к «Мочалкиному блюзу» замечательную аранжировку.
Рояль Курёхина в этой песне и «пищалки» в «Козлодоеве» стали опознавательными знаками записи 1981 года.
Широким массам обе песни стали известны в 1987 году, когда они вошли в саундтрек перестроечного к-ф С. Соловьёва — «Асса».
Хотя записи «Треугольника» были вполне достойны, на «Мосфильме» было правило — включать в кино лишь песни, записанные на их студии. «Козлодоева» и «Мочалкин блюз» переписали заново, при этом в «Блюзе» скрипка была записана так громко, что, когда она вступала, я постоянно вздрагивал.
На пластинку «Асса» эта песня вошла с вокалом Гребенщикова. Зато в кино её исполнял скрипач Сергей Рыженко, ну, а исполнитель роли Бананана — Сергей Бугаев — только открывал рот.
Зато благодаря словарику, сопровождающему кадры с песней, народ мог полностью понять все те хипповские словечки, которыми БГ обильно усыпал «Мочалкин Блюз». Все узнали, что мочалки — это легкомысленные девушки, шуз (от англ. shoes) — обувь, прикид — одежда, а мать — панибратское обращение к девушке (и никакого намёка на инцест).
«Десять Стрел» (1982)
Замечательную фентези-песню про десять стрел на десяти ветрах я полюбил сразу, несмотря на довольно сумбурный текст. Однако далеко не сразу я узнал, что авторство самого БГ текстом и ограничивается.
По словам Гребенщикова, музыку сочинил его приятель — Юрий Дышлов, а он не удержался и за 10 минут придумал к ней слова. Как известно, БГ был большим поклонником не только восточной мудрости, но и всяких кельтских мифологических штучек — поэтому в песне тут же появились белые волки с единорогами и «лук, сплетённый из ветвей и трав».
Песня вошла в 1982 году в альбом «Акустика», где Борису подпевала Ольга Першина (в это же время она записала целый альбом на стихотворный цикл БГ про Иннокентия и Полтораки).
А в 1994 году свой пространный «медитативный» кавер на «10 стрел» записала Настя Полева, походя вставив в него проигрыш из другой песни АКВАРИУМА «Поколение Дворников».
«Иванов» (1982)
На том же альбоме «Акустика» располагалась ещё одна, знаменитая в те времена, песня о человеке со стандартной фамилией Иванов. В ней с изрядной долей грустной иронии и даже самоиронии («он живёт на Петроградской в коммунальном коридоре между кухней и уборной…») описаны будни питерского интеллигента-маргинала — чтение Сартра вперемежку с пьянками-гулянками. Недаром на одном из концертов Гребенщиков предварил песню словами: «Была такая книга — „Герой нашего времени“. Вот еще один герой…».
Иванов на остановке,
В ожиданьи колесницы,
В предвкушеньи кружки пива —
В понедельник утром жизнь тяжела;
А кругом простые люди,
Что, толпясь, заходят в транспорт,
Топчут ноги Иванову,
Наступают ему прямо на крыла.
И ему не слиться с ними,
С согражданами своими:
У него в кармане Сартр,
У сограждан — в лучшем случае пятак…
Забавно, что «простые люди» действительно не знали о таком философе-экзистенциалисте, как Жан-Поль Сартр, и вместо этого слышали «У него в кармане сахар». Сегодня же молодым людям, скорее, придётся объяснять другое — что «пятак» (5 копеек) — был в те времена обычной ценой проезда в общественном транспорте.
Что до музыки, то БГ как-то признался, что «Иванов» целиком навеян песней Брайана Ино. Какой, правда, не пояснил, но мне кажется, что имеется в виду та же самая песня, что вдохновила ещё один хит Гребенщикова — «Плоскость». А именно — «Here he comes» из альбома «Before And After Science» (1977). Есть определённая схожесть в мелодике всех трёх песен, хотя виолончель Всеволода Гаккеля придаёт «Иванову» свой неповторимый колорит. В этой песне БГ цитирует не только Ино, но и самого себя, позаимствовав грустную строчку «сегодня тот же день, что был вчера» из своей песни «С той стороны зеркального стекла».
Борьбе с косностью существования и прозябания в своём ограниченном мирке будет посвящена и следующая песня Гребенщикова — «Прекрасный дилетант». Но о ней и о других, уже электрических боевиках группы, — в следующий раз…