Джонатан стрендж и мистер норрелл книга о чем

В чём волшебство романа «Джонатан Стрендж и мистер Норрелл»

Через год, в сентябре 2020 года, выйдет новый роман Сюзанны Кларк — Piranesi, — и эта новость уже взбудоражила читающий мир. Оказывается, мы еще не забыли, как пятнадцать лет назад прочитали «Джонатана Стренджа и мистера Норрелла» — роман, что перевернул наше представление о фэнтези и о границах между фантастикой и «большой литературой». Чем так ценна для нас Сюзанна Кларк, и почему вам срочно нужно прочесть ее первый роман, если вы все еще этого не сделали?

Десять лет спустя

К выходу романа, принесшего Кларк всемирную известность, ей было сорок пять лет

До сих пор Сюзанна Кларк оставалась автором одного романа. Помимо своего главного произведения, она написала только примыкающий к нему сборник рассказов «Дамы из Грейс-Адье и другие истории». Новый роман превращает ее из подобия Маргарет Митчелл или Мариам Петросян — принципиальных «авторов одной книги» — в персону вроде Донны Тартт, которая пишет по роману раз в десять лет и все равно не сходит с книжных полок. Главное, чтобы Piranesi оказался не хуже «Стренджа и Норрелла», иначе Кларк будут сравнивать с Харпер Ли, которой лучше было бы оставаться автором одного романа.

Пока что описание новой книги кажется завлекательным: нас вроде ждет эффектный роман в жанре магического реализма. Однако «Джонатан Стрендж и мистер Норрелл» — это совсем другая история, не магический реализм, а «реальная магия».

Свой главный роман писательница создавала десять лет. Интересно, что начинала она так же, как другая знаменитая британка — Джоан Роулинг: с преподавания английского за границей. В 1993 году, когда Кларк жила в испанском Бильбао, в ее голове поселился неотвязный образ джентльмена в одежде XVIII века, гуляющего по городу, похожем на Венецию. Откуда-то наша героиня знала, что этот персонаж — англичанин и что он как-то связан с магией. Сказался и «Властелин Колец», который она перечитала примерно в этот период. Сюзанна твердо решила сделать из этой картинки роман в жанре фэнтези.

Пока что две единственные книги Кларк

Эту обложку «Стренджа» рисовал Дэн Мамфорд — посмотрите его работы!

Дэн Мамфорд: художник, рисующий культовых героев

Знаковые сцены из фильмов и легендарные герои фантастики обретают в его иллюстрациях новую жизнь. Почти все его работы — признания в любви к нашим любимым произведениям.

По возвращении в Англию она нашла постоянную работу: редактора отдела кулинарных книг в издательстве «Саймон и Шустер». А потом отправилась на пятидневный мастер-класс по написанию фантастических рассказов. Из кое-каких обрывков будущего романа Кларк собрала сказку «Дамы из Грейс-Адье», которая так впечатлила преподавателя, писателя-фантаста Колина Гринленда, что он отправил ее (без ведома Кларк) своему приятелю Нилу Гейману. Тот тоже очень впечатлился: «Это как если бы кто-то впервые сел за пианино и сразу сыграл сонату». Через пару рукопожатий рассказ попал в антологию Starlight I, завоевавшую премию World Fantasy Award. Тем временем у Кларк и Гринленда завязались отнюдь не рабочие отношения — и притом весьма счастливые: они до сих пор живут вместе.

Вот так скромная редакторша нечаянно стала писательницей — но пока только в качестве хобби. Её редкие рассказы публиковались в антологиях, она продолжала редактировать кулинарные книги, а в свободное от работы время ваяла роман, который разросся до монструозных размеров. Писательница уже не была уверена, что когда-нибудь его закончит — а если и закончит, захочет ли кто-то из издателей браться за такой кирпич.

Джентльмен с волосами, как тополиный пух: безумный эльф и главный злодей книги (художники David Nguyen Chi и Rebecca Wright)

Потенциал романа, который рисковал так и остаться неоконченным, оценило издательство Bloomsbury (да, именно оно публиковало Джоан Роулинг), выплатившее Кларк в качестве аванса миллион фунтов. Вложение окупилось многократно. Выйдя в сентябре 2004 года, «Джонатан Стрендж и мистер Норрелл» три месяца не покидал списка бестселлеров «Нью-Йорк Таймс», был продан в количестве почти 650 тысяч экземпляров только на родном языке (и переведен еще на тридцать четыре), завоевал «Хьюго», «Локус» и Всемирную премию фэнтези и даже попал в лонг-лист престижнейшей Букеровской премии — прежде фэнтези туда не попадало никогда.

Джентльмены-волшебники и другие истории

Мини-сериал ВВС «Джонатан Стрендж и мистер Норрелл» (2015) — идеальная экранизация: максимально близкая к тексту и украшенная яркими актерскими работами.

Популярность 900-страничного романа, действие которого происходит в альтернативной Англии времен наполеоновских войн, сложно объяснить тем, что он относится к жанру фэнтези. Основными читателями Кларк стали не фанаты «Властелина колец» и «Волшебника Земноморья» — хотя и без них тоже не обошлось. «Джонатан Стрендж и мистер Норрелл» вышел как раз на пике моды на неовикторианство — романы современных писателей, стилизованные под тексты XIX века.

Неовикторианские романы могут быть триллерами, любовными романами или даже мистикой — не так важен жанр, как увлеченность автора иной эпохой, которую, однако, он всегда рассматривает сквозь призму современности. Поэтому в неовикторианстве находится место проблемам, которые современникам королевы Виктории в голову не приходили — например, темам секса, расизма, дискриминации. И еще, конечно, дистанция во времени всегда создает игровой потенциал — читателю неовикторианского романа сложно забыть, что он читает книгу, созданную его современником, который только прикидывается уроженцем XIX столетия.

Иногда к викторианским авторам по ошибке относят Джейн Остин, хотя она творила чуть раньше, в эпоху Регентства. Именно с ней первые рецензенты сравнивали Сюзанну Кларк — разумеется, сходство у них не в сюжетах, а в стилистике. «Джонатан Стрендж и мистер Норрелл» довольно точно воспроизводит и ироничную интонацию мисс Остин, и ее любовь к деталям, и сострадательное внимание к персонажам. Кроме того, само действие романа происходит в ту самую эпоху Регентства, аккуратно воспроизведенную в экранизации романа.

Источники вдохновения Сюзанны Кларк: Джейн Остин, Чарльз Диккенс, Уильям Теккерей, Джордж Элиот (да, это женщина)

Впрочем, в стиле Кларк находили влияние и Диккенса, и Теккерея, и Элиота, и Честертона… Не говоря уже о классиках английского романтизма вроде Энн Рэдклифф и Мэри Шелли. «Джонатан Стрендж…» словно впитал в себя все лучшее, что произросло в саду английской литературы XIX века — и с «теневой» романтической стороны, и с «солнечной» реалистической.

И в то же время роман Кларк не стилизация ради стилизации. Автор постоянно играет с читателями — например, украсив книгу огромным количеством сносок и отсылок к несуществующим в нашем мире книгам, которые местами превращают чтение «Джонатана Стренджа…» в увлекательную игру с закладками (по этой причине роман Кларк сравнивали даже с «Бесконечной шуткой» Дэвида Фостера Уоллеса). Чаще всего этот роман об английских волшебниках называли пастишем — огромным коллажем из реминисценций, отсылок, прямых и непрямых цитат. Знатоку английской литературы читать роман будет особенно увлекательно. А не-знатоки, сумевшие настроиться на нарочито замедленный ритм повествования, прочитают глубокую и увлекательную историю о дружбе, любви и коварстве на фоне грандиозных исторических событий — что тоже немало.

Кстати, еще одну отсылку первым разглядел тот же Нил Гейман. Он назвал «Стренджа и Норрелла» «лучшим романом, вышедшим на английском языке за последние 70 лет» — и это не художественное преувеличение, а указание на вполне конкретный роман. «Луд-Туманный» Хоуп Миррлиз вышел в 1926 году, и до сих пор куда популярнее в Англии, чем за ее пределами — в этом отношении Кларк свою предшественницу превзошла. Эта история о вымышленной стране, существующей на пересечении двух реальностей — нашей и магической, — так же уютна, полна чисто английских деталей и написана нарочито старомодным даже для 1920-х языком. Стилистические переклички между Миррлиз и Кларк довольно легко заметить, если положить перед собой оба текста и наугад прочитать из них по странице-другой, — но это увлекательное занятие мы оставим читателям.

«Джонатан Стрендж и мистер Норрелл» — признание в любви не только к английской литературе, но и к старой доброй Англии как таковой. С помощью сказочной истории о джентльменах-волшебниках и фейри писательница исследует, что значит быть англичанином. Книжник Гилберт Норрелл и энтузиаст Джонатан Стрендж, эдакие Сальери и Моцарт от магии, воплощают две стороны английской натуры: рационалистическую и интуитивную, практичную и романтичную. А легенды о фейри и короле Джоне Аскглассе воскрешают — и местами переписывают — старинный фольклор, который некогда собрал Редьярд Киплинг в «Сказках старой Англии». Вся эта концентрированная «английскость» делает «Стренджа и Норрелла» на диво уютным — какие бы войны с людьми или с фейри ни велись на его страницах.

Помимо прочего, Кларк написала роман о силе слова — выраженного в заклинаниях, которые могут изменять мир и даже пересотворять его заново. Именно это она сама делает на страницах романа: создает вторичный мир, в реальность которого веришь с первой страницы. Если при чтении «Джонатана Стренджа и мистера Норрелла» немного отпустить воображение, можно даже представить, что имеешь дело с настоящим историческим романом — и что это в нашем мире, а не в книге, некогда была магия, да сплыла, а потом была возрождена стараниями двух героических волшебников. Такие чудеса в наше время редко встречаются на книжных полках. Будем надеяться, что ко второму роману Сюзанна Кларк не растеряет свою магию.

Смотрите также

Сюзанна Кларк «Джонатан Стрендж и мистер Норрелл»

Обязательно к прочтению для всех, кто всерьёз интересуется фантастикой.

Источник

Друзья английской магии: «Джонатан Стрендж и мистер Норрелл» Статьи редакции

Книга, которую критики окрестили «Гарри Поттером для взрослых».

«Джонатан Стрендж и мистер Норрелл» — история двух волшебников из Великобритании, которые решили вернуть магию в страну. Сюжет книги разворачивается в конце XVIII и в первые десятилетия XIX века, и описывает значительную часть жизни героев.

Роман часто относят к жанру альтернативной истории — во вселенной, созданной писательницей Сюзанной Кларк, магия была вполне реальной в средние века и Ренессанс, пока настоящие или, как их называют, «практикующие» волшебники не исчезли. Эту ситуацию и пытаются исправить главные герои.

Но на деле роман ближе к городскому фэнтэзи — все его художественные допущения органично вписаны в образы Великобритании того времени. Кларк скорее «расцвечивает» настоящую историю, нежели описывает события в логике «а что если».

Сразу после выхода книга обрела популярность, которая не снилась другим произведениям о волшебниках, за исключением разве что «Гарри Поттера». Разберёмся, в чём уникальность подхода Кларк к описанию английского волшебства.

Дочь священника-методиста, Сюзанна Кларк провела своё детства в переездах из одного города Северной Англии в другой. Благодаря этому она хорошо поняла уникальные особенности этого региона, черты, которые его объединяют и отличают от остальной Великобритании. Родители смогли привить девушке любовь к литературе: Кларк мечтала о том, чтобы стать писательницей, ещё в школе.

Придумывать книгу она начала с одного из двух персонажей — мага Джонатана Стренджа, воплощающего романтическую и безумную сторону Англии, которую сама Кларк связала с северной половиной королевства. В начале 90-х будущая писательница занималась обучением английскому языку в Испании — именно там в 1993 году ей пришёл образ героя.

Как вспоминает она сама: «Это было что-то вроде сна наяву… Я увидела человека в костюме XVIII века, беседующего с английскими туристами где-то в Венеции или подобном европейском городе. И я почувствовала, что у него должно быть какой-то магическое прошлое — он занимался магией, и что-то пошло не так». От этого образа она отталкивалась, приступая к работе над романом, которая заняла больше 10 лет.

Вернувшись в Британию, Кларк, будучи обстоятельным человеком, решила подготовиться. Она и раньше писала художественные тексты для себя, но в этот раз её хотелось выйти на более высокий уровень. Поэтому она присоединилась к воркшопу, посвящённому фэнтези и фантастике, под руководством писателей Колина Гринланда и Джефа Роймана.

Кларк шла туда, чтобы получить необходимые навыки для написания большой книги. Но Гринланд с самого начала потребовал от всех участников предоставить собственный небольшой текст. Писательница взяла несколько сочинённых ранее фрагментов и превратила их в рассказ «Дамы из Грейс-Адье».

В нём шла речь о трёх женщинах, которые тайно практиковали магию в Лондоне начала XIX века, чем привлекли внимание могущественного чародея — собственно, всё того же Джонатана Стренджа. Писательница просто хотела отделаться от «домашнего задания» и получить доступ к воркшопу. Но неожиданно чудеса стали происходить в реальной жизни.

Колин Гринланд был и остаётся не только писателем-фантастом, но и энтузиастом этого жанра. Ещё с 80-х годов он боролся с ситуацией, когда «серьёзная литература» посредством критиков и «жанровых полок» в книжных магазинах держит фантастику в «гетто», предназначенном для детей, подростков и тех, кто якобы так и не вырос. Произведение Кларк показалось ему прекрасным примером того, как можно оставаться в рамках жанра, но при этом писать так, чтобы это было интересно более широкому кругу читателей.

А главное — Гринланд был и остаётся другом Нила Геймана. Благодаря Гринланду Гейман некогда смог опубликовать свой первый рассказ. А теперь восхищённый талантом Кларк, Гринланд обратился к своему товарищу, чтобы тот поддержал карьеру ещё одного писателя.

Сам Гейман шутливо признавался, что рассказ его «напугал»: «Жутко читать первый рассказ, написанный настолько уверено. Словно бы кто-то первый раз в жизни сел за фортепиано и заиграл сонату».

От него рассказ попал к Патрику Хейдену, писателю и издателю. Тот как раз работал над сборником антологией фантастических произведений Starlight 1, куда и захотел включить произведение Кларк. Причём сама писательница узнала о том, что Гринланд кому-то показал её работу только тогда, когда услышала предложение Хейдана у себя на автоответчике.

Даже тут Кларк не забыла про главную цель. Перед тем, как согласиться, она добилась от Хейдана письменных заверений, что публикация не помешает ей включить соответствующие фрагменты текста в грядущий роман. Получив их, Кларк согласилась, и в 1993 году антология увидела свет, а в 1997 году она удостоилась World Fantasy Award.

И всё это время Сюзанна Кларк продолжала писать. В 2009 году она призналась, что делала это «для себя, а не для читателя». Писала отдельными кусками, которые потом скрепляла воедино, без цельной схемы произведения. А не бросить громадную работу помогала надежда, что «в следующем году» книга, наконец, закончится. Но годы шли, роман всё увеличивался — и по-прежнему был далёк от финала.

Параллельно с этим Кларк и Гринланд начали встречаться, а 1996 стали жить вместе. Опытный писатель поддерживал своего партнёра, а в начале 2000-х нашёл ей литературного агента по имени Джайлз Гордон. Тот, в свою очередь, предложил ещё незаконченную рукопись издательству «Блумбери», где роман оценили, причём настолько, что решили издать 250 тысяч копий, распространить их сразу в Великобритании, Германии и США, и ещё до выхода книги договорились о переводе на 17 языков.

То, что книга получила такую поддержку до выхода — не уникальный случай, как и вложения таких денег в первую работу неизвестного некому писателя. Но тот факт, что серьёзное издательство сделало ставку на роман, который, на первый взгляд, относится к «жанровой» литературе — большая редкость.

С одной стороны, «Блумбери» пыталось избежать ошибки, которую некогда совершила с «Гарри Поттером», изданием которого в США занималась другая компания — у британского издателя тогда не было американского офиса. Но чисто коммерческие соображения свидетельствовали об изменениях в литературном мире. Надежда Гринланда на то, что работа его протеже поколеблет жанровые границы, оправдалась.

Наконец, в 2004 году книга вышла. Все, кто верил в талант Кларк, не прогадали. Роман немедленно стал бестселлером, вошёл в шорт-лист Букеровской премии, а в 2005-м получил премию «Хьюго». Коммерческий успех был сопоставим, полностью окупив рискованные вложения «Блумбери». Почти что сразу начались разговоры о полнометражной экранизации, и студия New Line Cinema даже приобрела на неё права. К сожалению, со временем идея затухла.

А вот сериал «Джонатан Стрендж и мистер Норрелл», состоящий из семи эпизодов вышел, правда, только в 2013 году. Он получил одобрение и критики, и публики, и самой Кларк, которая сказала, что подбор актёров полностью соответствовал её видению персонажей. Сейчас это — лучший способ ознакомиться с произведением для тех, у кого нет времени или возможности прочесть книгу на 800 страниц, которая, к тому же, много теряет в переводе.

Нил Гейман, продвигая работу Кларк, назвал её «несомненно, лучшим английским фантастическим романом, написанным за последние 70 лет». Обычно в этой фразе все цепляются за слово «лучший» и спорят, прав ли Гейман, или преувеличил. Но гораздо важнее заметить слово «английский».

Это не просто указание на язык или страну происхождения. Вся книга глубоко укоренена в английских проблемах, стереотипах, культуре и литературе. А заслуга Кларк состоит в том, ей удалось сделать эти темы понятными и близкими для читателей по всему миру.

Собственно, «английскость» романа начинается уже с языка. Критики отмечали, что Кларк прекрасно стилизовала свой текст под работы классических британских писателей девятнадцатого века. Причём она не копировала кого-то конкретного, а создала амальгаму разных литературных стилей, каждый из которых узнаваем для британского, а зачастую и для русского читателя.

Комичные аристократы и прихлебатели главных героев отсылают к работам Диккенса, эпизодические описания — к Джорджу Мередиту, а сентиментальные сцены домашней жизни — к Джейн Остин. У неё же Кларк заимствует несобственно-прямую речь — приём, когда автор вкладывает в основной текст эмоциональную реплику, хотя формально роман написан от третьего, а не от первого лица.

Чтобы усилить ощущение погружения в другую эпоху, Кларк работала даже на уровне отдельных слов, часто используя устаревшие формы. Например, anywhere или everybody она пишет раздельно: any where и every body.

Но книга — не просто «классическая британская литература + магия». Во-первых, в ней немало заимствований и из более поздних писателей — например, образ аморальных, безумных фей Кларк заимствовала у Геймана, книги которого любила задолго до того, как писатель помог ей издать свою собственную. Кроме него, Кларк вдохновлялась Джоном Толкином, Клайвом Стейплзом Льюисом, Теренсом Уайтом, Филипом Пулманом.

Но самое главное — Кларк выстраивает сюжеты, которые могут быть придуманы только сейчас, на основании того, что мы знаем о культуре Великобритании того времени, и после того, как печать молчания, мешавшая писателем XIX века затрагивать те или иные темы, спала.

Так, один из центральных персонажей романа — чернокожий дворецкий Стивен. Благодаря нему Кларк, с одной стороны, сталкивает читателя с трудностями жизни чернокожих в Англии того времени, а с другой, показывает, как мало жители колониальной Империи удивлялись подобным людям. Подобным образом она затрагивает положение женщин, нищих и слуг.

Другая сквозная тема: противопоставление между северной и южной Англией, которое воплощается как в самих главных героях, так и в конкретных сюжетах. У Кларк, северная Англия — царство магии и суеверий, а южная — место, где правит рациональность.

Это инвертирует реальную историю, где на Севере в начале XIX века начинается индустриальная революция и развивается движение луддитов (в книги луддиты — люди, ждущие возвращения Короля-ворона, легендарного правителя, связанного с волшебством). Но, самое главное, это знакомит читателя с конфликтом, о котором он, возможно, не задумывался никогда, привыкнув воспринимать Англию как единое государство.

Наконец, отдельного внимания заслуживает то, как именно писательница создаёт свой выдуманный мир и представляет его. В самом начале романа читателю может показаться, что перед ним — обычное городское фэнтэзи, где «официальная история» ничем не отличались от нашего мира. Но постепенно он понимает, что и до начала романа Англия Кларк сильно отличалась от знакомой нам. Этот эффект возникает не только, и не столько благодаря основному повествованию, сколько благодаря многочисленным сноскам.

Стилизованные под примечания, изобиловавшие в книгах того времени, сноски Кларк выстраивают выдуманную хронологию Англии, рассказывают истории о древних волшебниках, вводят новые магические книги и даже небольшие сюжеты, которые разворачиваются в нескольких примечаниях на протяжении романа.

Некоторые сноски занимают половину страницы, или даже всю страницу целиком. Этот приём стал одним из самых известных в романе, хотя бы в силу того, насколько он визуально примечателен, из-за чего особенно обидно, что он, по понятным причинам, не был отражён в сериале.

Но как устроен мир английской магии и английских магов? Тут элемент альтернативной истории выходит на первое место. Кларк выдумала целую традицию волшебников, существовавших в Средние века. Предшественников Стренджа и Норрелла можно разделить на три группы, в зависимости от того, когда они действовали. Самые древние маги, вроде Мерлина — легендарные фигуры в этом мире, известные многим, но не оставившие никакого реального наследия, примерно как легендарные короли из нашей истории.

Несколько позже появились Маги Золотой Эпохи или Aureate, действовавшие в Средние Века — могущественные чародеи, которые записали собственные открытия и заклятья. Так они создали настоящую традицию магии, не зависящую от передачи знаний от учителя к ученику.

Самый важный и известный из них — Король-ворон Джон Аскгласс. Воспитанный в землях фей, он вернулся в мир людей и с помощью колдовства захватил всю Северную Англию, которой и правил в течение нескольких столетий. Правление Аскгласса закончилось тем, что он просто исчез, из-за чего среди простого народа распространилось поверье, что он когда-нибудь вернётся.

После исчезновения Короля-ворона практическая магия в Британии стала забываться. Магов, которые продолжали заниматься этим ремеслом в последующие века, называли Argentine, маги Серебряного века. К концу XVI века отмерла и их традиция, после чего в Англии осталась только «теоретическая магия», фактически — изучение магической истории, не подразумевающее применение заклятий.

Джентльмены, состоящие в обществах таких теоретических магов, насмехались над самой мыслью применить магические познания на практике, утверждая, что эта идея «нереспектабельна». Эта ситуация и сохранялась до конца XVIII века, когда двое главных героев начинают свой путь.

Нетрудно заметить, что маги в книге Кларк напоминают скорее исследователей: религиозных схоластов или философов. Их значимость определяется не только могуществом, но и тем, какие книги они оставили после себя, как много сделали для магической традиции.

Вокруг поиска книг строится большая часть сюжета. Более старый, солидный и уважаемый мистер Норрелл, пытающийся доказать, что практическая магия — респектабельное ремесло, скупил книги по магии со всей Англии. Это позволяет ему какое-то время контролировать своего ученика, гораздо более порывистого и эмоционального Джонатана Стренджа.

Но ближе к середине романа Стрендж решает написать собственную книгу, критикующую взгляды наставника, что провоцирует конфликт. Борьба магов происходит как через заклинания, так и через газеты, где публикуются ревью, журнальные статьи и обсуждения книги в светских кругах. Именно тут внимание Кларк к деталям и умение передать комичную атмосферу британского романа той эпохи проявляются особенно хорошо.

Помимо этих эпизодов, пародирующих интеллектуальную среду Англии, в книге есть, собственно, магия. Колдовство у Кларк полностью игнорирует современные каноны фэнтэзи. Она вдохновляется фольклором, произведениями о короле Артуре и подобными источниками, где магия выглядит могущественной, но в тоже время причудливой и далеко не всегда практически полезной.

Волшебник в её вселенной может очень многое, и, что особенно непривычно после книг фэнтези, почти не ограничен масштабом или чем-то вроде «магической силы», хотя и нуждается в каком-то ритуале, заклятье или специальных вещах. В самом начале книги Норрелл оживил все статуи в Йоркском кафедральном соборе, и заставил их рассказать всё, что они видели на протяжении своего существования.

А Стрендж, присоединившийся к британской армии в ходе войны с Наполеоном, создавал и убирал дороги, облегчая передвижение для английских войск, и затрудняя манёвры французам. Во время подготовке к битве при Ватерлоо он ненадолго перенёс Брюссель в Америку. А в сносках, рассказывающих про великих магов прошлого, упоминаются ещё более впечатляющие события.

В тоже время маги не всемогущи. Во-первых, заклятья нужно исследовать или, как демонстрирует Стрендж, придумывать самостоятельно. В любом случае они требуют интеллектуальной работы. Кроме того, упоминаются различные ограничения, как правило, также вдохновлённые фольклором и его символической логикой. Например, следить друг за другом маги могут, используя отражающие поверхности, поэтому персонаж, находящийся в комнате без воды и зеркал, защищён от наблюдения.

Кроме того, многие другие заклятья работают, обыгрывая названия, созвучия имён или детали внешнего облика. В том же эпизоде в начале книги, Норрелл смог оживить статуи, уже выполненные в виде людей, но не стены или потолок. Однако чётких правил Кларк не вводит нигде, и постепенно демонстрирует, что их у магии и не может быть.

Лучшей иллюстрацией этому служат феи. В принципе, Кларк упоминает и демонов, или, точнее, пишет, что Король-ворон обладал владениями не только в Англии, но и в Аду. Однако место, которое в историях про магов традиционно занимают обитатели Преисподней, у неё принадлежат фэйри.

Сюжет всего романа во многом отталкивается от сделки, которую Норрелл заключил с безымянным королём фей ещё в первой части. Этим действием он привлёк внимание сказочного народа, некогда покинувшего Англию вместе с магией, к текущим событиям. Это, в свою очередь, положило начало конфликту, который разрешился только в самом финале романа.

Именно феи играют роль главных антагонистов в романе Кларк. При этом они выглядят как не столько как злобные, сколько как абсолютно безумные существ, неспособные понять очевидные для людей идеи, услышать чужое мнение или разделять свои желания и объективную реальность.

Такой образ фей Кларк заимствовала у Геймана, но сама пошла дальше, активно развивая связь магии и безумия. Ближе к концу романа становится понятно, что мастерство мага напрямую связано с душевным расстройством. Логика магии принципиально неестественна для человека, и чем маг безумнее, тем лучше он понимает, как именно создаются заклятья, откуда они исходят и почему работают. Это — ещё одна отсылка к фольклору, где волшебники, вроде Мерлина, часто напоминают сумасшедших.

«Джонатан Стрендж и мистер Норрелл» — прекрасный пример того, как из знакомых элементов можно сделать что-то по-настоящему новое и необычное. Все детали этой книги понятны: английская классика, артуровский цикл, британские сказки, предтечи современного фэнтези, текущие и нынешние проблемы британского общества, и, конечно, английские волшебники.

Кажется, что после «Гарри Поттера», которой, в свою очередь, и сам появился не на ровном месте, про них уже невозможно сказать что-то интересное. Но Кларк удалось скомбинировать эти привычные элементы непривычным способом. Дать голос тем, кого обычно в искусстве и реальной истории игнорируют. Показать проблемы, о которых часто забывают. И описать магию так, как не удавалось никому до неё.

Выйдет ли у этой книги продолжение, мы не знаем. Писательница когда-то обещала, но с тех пор прошло много лет, а у неё самой диагностировали «синдром хронической усталости». Но и в нынешнем виде «Джонатан Стрендж и мистер Норрелл» это законченное произведение, приятное для чтения и полезное для самообразования.

Источник