Fail state что это
Первый взгляд на Failed State: зомби-апокалипсис и ностальгия по СССР
Failed State — зомби-экшен в советских декорациях. Он разрабатывается не первый год, успел сменить несколько названий и авторов. Казалось бы, провал предсказуем. Но нет: издатель Siberian Digital неожиданно вышел с демо-версией в Steam, пообещав бодрые сражения, красивую графику и атмосферу Перестройки. Слишком хорошо, чтобы быть правдой?
Из сюжета известна лишь завязка: в СССР произошла техногенная катастрофа, жителей начали эвакуировать, но не успели. Почти все оставшиеся превратились в монстров. Хотя некоторые сохранили человеческий облик — в их числе одинокая девочка-подросток по имени Роза. Она живёт в подземном бункере, ездит на мотоцикле и мародёрствует в заброшках.
До зимы ей нужно найти байк покрепче, тёплую одежду и деньги, а потом рвануть в столицу или вообще на Урал.
Разработчики вроде и не халтурят по-крупному, но лажают в мелочах.
Из-за таких досадных моментов наслаждаться игрой не получается, поэтому ранний доступ для Failed State — в самый раз. Но самое интересное, что игроки приняли сырую и проблемную альфа-версию с воодушевлением. И почти в каждом положительном отзыве есть длинный список недостатков, а под ним вывод: «Это потенциальный шедевр». Почему так? Возможно, за ностальгический душок геймеры готовы закрыть глаза на любую проблему.
Да и спекулировать на тёплых воспоминаниях легко — потому что «раньше было лучше». По этой же причине «доброе» отечественное кино и бездарные ремейки советской классики из года в год зарабатывают миллионы.
Вряд ли авторы сознательно эксплуатировали советский антураж, чтобы срубить деньжат на ностальгирующих игроках. Судя по уровню исполнения, в Siberian Digital работают такие же неприхотливые геймеры, которые сами бы купились на зелёные подъезды и бабушкины ковры над диванами.
Только на голых эмоциях далеко не уедешь — без продуманного геймплея экшену грош цена.
failed state
1 failed state
3.4 неработоспособное состояние (failed state): Состояние системы (элемента), в котором система (элемент) не исполняет требуемую функцию.
2 failed state
3 failed state
4 failed state
5 failed state
6 failed state
7 failed state
8 failed state
9 failed state
10 failed state
11 failed state
12 failed-dangerous state
13 failed [failure] state
14 failed-dangerous state
15 failed-dangerous state
16 failed-dangerous state
См. также в других словарях:
failed state — ˌfailed ˈstate 8 [failed state] noun a country in which the government is so weak that it has lost control of the structures of the state and other groups have more power • The country risks becoming a failed state. • The organization publishes… … Useful english dictionary
Failed state — A failed state is a state whose central government is so weak or ineffective that it has little practical control over much of its territory. The level of control required to avoid being considered a failed state varies considerably amongst… … Wikipedia
Failed state — État en déliquescence Un État en déliquescence ou État défaillant ou État failli ou État destructuré ou État en échec (anglais : failed state) est un État qui ne parvient pas à assurer ses missions essentielles, en particulier de respect de… … Wikipédia en Français
Failed State — Als Gescheiterter Staat, bzw. engl. Failed State auch Zerfallener Staat, wird in seiner allgemeinsten Definition ein Staat bezeichnet, der seine grundlegendsten Funktionen nicht mehr erfüllen kann. Der Begriff wurde erstmals zu Beginn der 1990er… … Deutsch Wikipedia
failed state — noun A nation state that has failed to meet the basic conditions and responsibilities of a sovereign government; one that has lost physical control of its territory, the ability to provide public services, etc. Against these stand the four… … Wiktionary
failed state — gedimo būsena statusas T sritis automatika atitikmenys: angl. failed state vok. versagter Zustand, m rus. состояние отказа, n pranc. état défaillant, m; état panne, m … Automatikos terminų žodynas
Failed states — État en déliquescence Un État en déliquescence ou État défaillant ou État failli ou État destructuré ou État en échec (anglais : failed state) est un État qui ne parvient pas à assurer ses missions essentielles, en particulier de respect de… … Wikipédia en Français
State — A state is a political association with effective sovereignty over a geographic area and representing a population. These may be nation states, sub national states or multinational states. A state usually includes the set of institutions that… … Wikipedia
Failed States (book) — Infobox Book name = Failed States: The Abuse of Power and the Assault on Democracy author = Noam Chomsky publisher = Metropolitan Books release date = April, 2006 media type = Paperback pages = 320 isbn = ISBN 0 8050 7912 2 Failed States: The… … Wikipedia
«Failed state» – реальность или новый нацпроект? Итоги недели одним предложением
Sobesednik.ru традиционно подводит новостные итоги недели в одном предложении на пять тысяч знаков
Sobesednik.ru традиционно подводит новостные итоги недели в одном предложении на пять тысяч знаков.
На этой неделе у нас всё просто — гражданское общество предстало в роли «Детского мира» в псковском ТЦ, по которому непонятно о чем думавший в этот момент ефрейтор решил зарядить из пушки, но если болванка была без врывчатки, россиянам повезло не так сильно — Госдума, к примеру, ковровым бомбометанием по Воронежу запретила почти всё, а доказанное разве что не в суде отравление главного критика Кремля тем временем решили рассматривать как проблему, не заслуживающую особого внимания (если не считать абсурдного преследование Соболь), отказавшись даже изучить статью о нем в главном медицинском журнале мира, но обо всем по порядку —
итог всех инициатив парламента, принятых за последнее время, подвести нелегко, ведь за ними становится почти невозможно уследить: запретительные инициативы, их одобрение в первом, втором и третьем чтениях и принятие в СФ летели с такой скоростью, что «не место для дискуссий» превратилось в настоящее поле боя — как пули свистели пролетавшие мимо законопроекты, и казалось, вот-вот они начнут косить всех направо и налево («Аппетит приходит во время еды, но не уходит во время голода», — Ежи Лец), депутаты стреляли от бедра, но, как говорится, у всякого безумия есть своя логика, — цель очевидна — всё, что движется (в политическом плане):
иноагентом сможет теперь стать чуть ли не любой, чтобы устроить митинг (за который стали считать и одиночные пикеты), организация нужна на уровне предвыборной кампании, в соцсетях нельзя будет оскорблять, ругаться матом, критиковать власть (за всем этим должны следить сами соцсети), клеветать на неопределенные группы лиц (под страхом уголовного преследования), нельзя будет бесплатно и без согласования агитировать за кандидатов и партии (на полном серьезе) или перекрывать движение транспорта (уголовка) — список этот можно продолжать ещё долго, уверенности в том, что все эти законы перед принятием (за 1-2 дня) депутаты читали, нет, а уровень абсурдности инициатив вообще едва ли можно передать словами, но совершенно очевидно, что исполнить многие из них просто невозможно, а «если вспыхнут беспорядки, все эти законы будут бесполезны»: «Народный гнев сметет все законы вместе с правящей партией», — говорит депутат от КПРФ Вера Ганзя, но она, как и некоторые другие депутаты, обличающие законы, в парламенте начинает выглядеть странно и ни к месту: «Где глупость — образец, там разум — безумие», — писал Гёте,
видимо, в АП, где все эти законопроекты на самом деле сочиняются, начинают действительно верить, что Россия — осажденная крепость, а выборы в Госдуму активизируют всех врагов Отечества от ЦРУ, Госдепа и Сороса до рептилойдов, но, как пояснял нам Гейне, «случайный визит в дом умалишенных показывает, что вера ничего не доказывает», — в этом контексте новыми красками играет и недавнее высказывание главы государства, ведь нужно же понимать, к чему все эти драконовские меры в итоге приведут,
и в этом нам поможет Аристотель, установивший, что «благо везде и повсюду зависит от соблюдения двух условий: правильного установления конечных целей и отыскания соответствующих средств, ведущих к конечной цели», — если принять законы за средства, то конечной целью, очевидно, является сохранение за «Единой Россией» полного контроля над Госдумой,
вопрос лишь, правильна ли эта цель, а значит совершенно неочевидно, станет ли это в конечном счете «благом», ведь итоги 20-летнего существования партии и людей, управляющих от её лица страной, весьма красноречиво говорят о полной деградации политической системы и права, что в последнее время наглядно демонстрирует пример с Навальным — попытка политического убийства, которое отказываются комментировать власти, несмотря на официальное признание мировым сообществом и публикацию в Lancet — это апогей преследования оппозиции, но кроме этого сюда входит все — от Любови Соболь, спорящей с тещей предполагаемого отравителя и наряженной СК в форму Роспотребнадзора, Юлии Галяминой, которой закрыли путь в ГД условным сроком, до вечеринок либертарианцев, — но всё это не диагноз, а скорее симптом, причем очень тревожный:
есть такой термин «failed state» или «несостоявшееся государство», он включает в себя много признаков, а его реализация, судя по последним событиям, вполне может быть записана в очередной нацпроект, но кроме репрессий в отношении политических конкурентов в него вписываются регулярные нарушения прав человека, новый (обнуленный) авторитаризм, а также постепенное исключение выборов как способа борьбы за власть, а в результате и сокращения представленных в выборных органах категорий населения
— другими словами, мы взяли курс на Беларусь и, судя по всему, народ это не смущает: оказалось, что лишь 15% россиян видят вину Кремля в отравлении Навального, 6% даже обвинили в этом саму оппозицию, а половина граждан слепо повторяют тезисы пропаганды об «инсценировках» и происках западных спецслужб, хотя в пользу этой точки зрения просто не представили ни одного факта, но стоит ли этому удивляться, если ещё Ницше предупреждал:
«Весь мир верит в это, но чему только не верит весь мир!»
Несостоявшиеся государства
Во второй четверти XX века в политической науке появился термин несостоявшиеся государства (Failed state), или, иначе, государства-неудачники. Поговорим об этом подробнее.
Чтобы прослыть состоявшимся
государством, мало иметь свирепого (т.н. «сильного») правителя
Карта несостоявшихся и состоявшихся государств 2012 по версии вашингтонского независимого исследовательского фонда Fund for Peace.
Страны группы бордового цвета – это несостоявшиеся государства;
страны группы красного цвета – очень неустойчивые, слабые государства, имеющие при неблагоприятном для них развитии событий шанс перейти в разряд несостоявшихся государств;
страны группы различных оттенков оранжевого цвета – государства, в той или иной степени неудовлетворительно справляющиеся с отдельными функциями, которое должно выполнять государство;
страны группы различных оттенков желтого – стабильные государства
и страны группы оттенков зеленого – образцовые государства.
Карта несостоявшихся и состоявшихся государств 2012 по версии вашингтонского независимого исследовательского фонда Fund for Peace.
Страны группы бордового цвета – это несостоявшиеся государства;
страны группы красного цвета – очень неустойчивые, слабые государства, имеющие при неблагоприятном для них развитии событий шанс перейти в разряд несостоявшихся государств;
страны группы различных оттенков оранжевого цвета – государства, в той или иной степени неудовлетворительно справляющиеся с отдельными функциями, которое должно выполнять государство;
страны группы различных оттенков желтого – стабильные государства
и страны группы оттенков зеленого – образцовые государства.
Прежде всего, необходимо отметить, что (вопреки мнению обывателей) диктаторское, или авторитарное государство часто рискует попасть в разряд скорее несостоявшихся, чем стабильных государств. И как закономерность, в рейтингах несостоявшихся государств мира, которые уже несколько десятилетий ежегодно составляются различными международными исследовательскими фондами и специалистами, первые места, наряду с государствами, где почти отсутствуют государственные институты (разрушенные в ходе, например, гражданских войн), занимают жесткие диктаторские государства.
С чем это связано. Дело в том, что в современную эпоху для того, чтобы государству прослыть состоявшимся, мало иметь правителя, который наводит ужас на своих подданных. Нужно, чтобы государство могло предоставлять своим гражданам определенный набор сервисов и гарантий, а также обеспечивать безопасность индивидуумов.
Интересно, что часто неадекватное поведение диктаторов по отношению к своим подданным и их надменность в адрес внешнего мира обуславливается именно тем, что во многих случаях диктаторы правят ослабленными, несостоявшимися государствами. У такого государства за душой ничего нет, и диктаторы постоянно вынуждены доказывать свою легитимность и нужность различными выходками. Хотя отметим, именно диктатуры в различных государствах периодически приводят к ослаблению и к краху государственных институтов, и как следствие переводу отдельных стран в разряд несостоявшихся государств.
Немецкий дипломат Вольфганг Биндзайль (Wolfgang Bindseil) в номере журнала Германского общества внешней политики Internationale Politik, посвященного теме несостоявшихся государств (№ 6, за 2003 г., международная версия, рус. яз.), отмечал, касаясь вопроса о том, что в бывшем СССР часто путают авторитарное государство и успешное государство:
«Болезненные (экономико-социальные) последствия (в странах бывшего СССР), ощутимые на уровне отдельного человека, и в первую очередь среди наиболее уязвимых и социально слабых представителей общества, породили у многих граждан тоску по сильному государству и упования на него. Это вполне понятно и легитимно, если сила государства будет измеряться его способностью объединить интересы граждан в максимально широком консенсусе. Но сильное государство нельзя путать с авторитарным государством. Авторитарное поведение в значительной степени является феноменом, порожденным слабостью государства».
Каковы признаки несостоявшегося государства
В упомянутом номере Internationale Politik Ульрих Шнеккенер (Ulrich Schneckener), тогдашний научный сотрудник в исследовательской группе «Глобальные вопросы» берлинского фонда «Наука и политика», дал определение признаков несостоявшихся государств, а также государств близких к этому состоянию.
«Под непрочной государственностью понимается в первую очередь утрата или необретение государственными институтами способности управления в главных сферах компетенции. Речь идет о государствах, институты которых не в состоянии или более не в состоянии оказывать населению определенные элементарные услуги. При этом можно выделить три функции государства, образующие ключевую сферу современной государственности.
Применительно к каждой функции имеется целый ряд индикаторов, позволяющих измерить степень эрозии государственности.
Монополия на применение силы: центральное значение имеет контроль (государства) над территорией посредством государственной монополии на применение силы. Речь идет об осуществлении государственного управления для контроля над ресурсами и о государственной армии или, соответственно, полиции для урегулирования локальных конфликтов или для разоружения частных структур, применяющих силу. Индикаторы утраты или отсутствия этой функции следующие: отсутствие контроля над всей государственной территорией; отсутствие контроля над внешними границами, большое число и политическая значимость частных структур, применяющих силу (включая организованную преступность, например, наркомафию); разложение государственного аппарата безопасности («приватизация сверху»); вооружение населения; регулярные случаи самосуда; высокие и растущие показатели преступности. Чем больше индикаторов «сработали», тем с большей вероятностью можно говорить об эрозии монополии на использование силы.
Государственные услуги: центральное значение имеют государственные услуги в различных областях (социальное государство, рынок труда, образование, здравоохранение, охрана окружающей среды, развитие инфраструктуры), а также механизмы распределения экономических ресурсов — обе сферы финансируются, как правило, за счет государственных доходов (таможенные пошлины, налоги, сборы и т.д.). В качестве индикаторов здесь можно использовать: систематическое отсекание определенных групп населения от экономических ресурсов; глубокие экономические и/или валютно-политические кризисы (например, кризис пенсионной системы); колоссальные недоимки налогов или таможенных платежей, а также многократное налогообложение (государственными и частными структурами); слабое перераспределение; незначительные государственные расходы; растущий разрыв между бедными и богатыми; массовая безработица; обнищание сельского населения (углубляющиеся различия между городом и деревней); ухудшение инфраструктуры, системы образования и здравоохранения, быстрая экологическая деградация.
Политическое устройство: эта сфера включает в себя формы участия населения в политике и процедурах принятия решений, стабильность политических институтов, а также качество правового государства и публичного управления. Индикаторами здесь служат усиление авторитарных или олигархических структур принятия решений, репрессии против политической оппозиции, фальсификация и подтасовка результатов выборов, систематическое исключение определенных групп населения из участия в политике (например, меньшинств), грубые нарушения прав человека (пытки), отсутствие независимой юстиции, коллапс государственного управления, а также высокая степень коррумпированности.
Теперь на основе трех функций государства можно выделить три типа неустойчивой государственности, причем особое значение придается монополии на применение силы.
1. Слабые государства
При характеристике типа слабых государств (weak states) исходят из того, что государственная монополия на применение силы и сбор налогов еще в значительной мере или худо-бедно существует. Наряду с этим ощущается, однако, дефицит государственных услуг или проявляются также недостатки политического устройства. В качестве примера, по состоянию на 2003 год, можно привести государства в Африке южнее Сахары (Зимбабве, Кения, Уганда), в Латинской Америке (Гаити), в Центральной Азии (Казахстан), Киргизия) и в Юго-Восточной Европе (Македония, Албания), у которых есть недостатки в обеих областях. К этой же группе можно отнести также большинство арабских или, соответственно, мусульманских стран, такие как Пакистан, Сирию, Саудовскую Аравию, Египет, Иорданию и Иран.
Из приведенных примеров ясно: в эту категорию входят многочисленные полуавторитарные или авторитарные режимы, среди которых встречаются и такие, как Северная Корея, Куба, Туркменистан или Беларусь. Как правило, они обладают определенной стабильностью, поскольку в состоянии осуществлять монополию на применение силы (отчасти за счет использования драконовских мер), но они обнаруживают существенные недостатки в вопросах политического устройства и в большинстве случаев ограничены в возможностях предоставлять государственные услуги всему населению. От этих режимов нельзя ожидать устойчивого развития, скорее, ожидается их медленный или стремительный распад (например, после смерти или свержения диктатора).
2. Деградирующие или не справляющиеся со своими функциями государства
К типу деградирующих или не справляющихся со своими функциями государств (failing states) относятся государства, у которых очень сильно нарушена или, соответственно, существует лишь частично монополия на применение силы и налоговая монополия, в то время как при исполнении одной или двух других функций государство сохраняет еще определенную способность к управлению. В качестве примера, по состоянию на 2003 год, можно было бы назвать Колумбию, Шри-Ланку, Филиппины, Индонезию, Грузию, Судан или Непал. В этих случаях правительства не в состоянии контролировать всю территорию своей страны, а также ее внешние границы. Они вынуждены конфликтовать с большим числом частных структур, применяющих силу, в особенности с сепаратистскими движениями. Однако другие сферы государственности функционируют еще более или менее исправно.
3. Несостоявшиеся или развалившиеся государства
У государств, относящихся к типу несостоявшихся или развалившихся (failed states), не имеется в сколь-либо значимой мере ни одной из трех функций, так что можно говорить о полном крахе или коллапсе государственности. Примерами по состоянию на 2003 год здесь являются Сомали (с 1992 года), Афганистан, Демократическая Республика Конго, Центральноафриканская Республика, Либерия, Сьерра-Леоне или Ирак. Раннее, некоторое время в эту категорию входили также Ангола, Босния, Таджикистан или Ливан», указывал Ульрих Шнеккенер в своей статьи 2003 года на страницах журнала Internationale Politik.
Актуальный рейтинг несостоявшихся государств
На илл.: Таблица с индексом несостоявшихся государств The Failed States Index 2012 (в последней колонке можно сравнить результаты по 2005 году), составленном вашингтонским независимым исследовательским фондом Fund for Peace.
Страны группы бордового цвета, расположившиеся на первых местах таблицы – это несостоявшиеся государства;
страны группы красного цвета – очень неустойчивые, слабые государства, имеющие при неблагоприятном для них развитии событий шанс перейти в разряд несостоявшихся государств;
страны группы различных оттенков оранжевого цвета – государства, в той или иной степени неудовлетворительно справляющиеся с отдельными функциями, которое должно выполнять государство;
Внизу таблицы разместились страны группы различных оттенков желтого – стабильные государства
и страны группы оттенков зеленого – образцовые государства.
На илл.: Таблица с индексом несостоявшихся государств The Failed States Index 2012 (в последней колонке можно сравнить результаты по 2005 году), составленном вашингтонским независимым исследовательским фондом Fund for Peace.
Страны группы бордового цвета, расположившиеся на первых местах таблицы – это несостоявшиеся государства;
страны группы красного цвета – очень неустойчивые, слабые государства, имеющие при неблагоприятном для них развитии событий шанс перейти в разряд несостоявшихся государств;
страны группы различных оттенков оранжевого цвета – государства, в той или иной степени неудовлетворительно справляющиеся с отдельными функциями, которое должно выполнять государство;
Внизу таблицы разместились страны группы различных оттенков желтого – стабильные государства
и страны группы оттенков зеленого – образцовые государства.
Процесс перехода той или иной страны в вышеназванные разряды является изменчивым.
Одни страны деградируют, другие возвращается к нормальному состоянию.
Вашингтонский независимый исследовательский фонд Fund for Peace с 2005 года публикует ежегодный рейтинг состоятельности государств, больше известный как рейтинг несостоявшихся государств The Failed States Index, классифицируя основные страны мира по десяти группам:
страны группы бордового цвета — несостоявшиеся государства;
страны группы красного цвета — очень неустойчивые, слабые государства, имеющие при неблагоприятном для них развитии событий шанс перейти в разряд несостоявшихся государств;
страны группы различных оттенков оранжевого цвета — государства, в той или иной степени неудовлетворительно справляющиеся с отдельными функциями, которое должно выполнять государство;
страны группы различных оттенков желтого — стабильные государства;
страны группы оттенков зеленого — образцовые государства;
Отметим, что с момента начала составления списка в первую тройку несостоявшихся стран неизменно входят страны с африканского континента
Рейтинг The Failed States Index высчитывается по двенадцати параметрам:
демографические параметры (оценка уровня смертности и распространения болезней, состояние окружающей среды, доступ населения к продовольствию и чистой воде, уровень недоедания, благосостояние и т.д.);
положение с беженцами;
уровень жалоб национальных, религиозных и других групп меньшинств на дискриминацию;
уровень «утечки мозгов»;
состояние общественных финансов;
легитимность властей, состояние выборного процесса;
положение правами человека и функционированием судебной системы;
способность государства предоставлять общественные сервисы (права на образование, здравоохранения, состояние дорог и т.д.);
состояние с преступностью и уровнем безопасности;
уровень солидарности элит;
миротворческая деятельность государства на внешней арене;
Актуальный рейтинг несостоявшихся государств можно найти на Интернет-странице Fund for Peace по адресу ffp.statesindex.org
Н есостоявшиеся государства и проблемы миропорядка
Ульрих Шнеккенер (Ulrich Schneckener), в своей цитировавшейся выше статье о несостоявшихся государствах, отмечал, что «события 11 сентября 2001 года, после долгого перерыва вновь внесли в международную повестку дня проблему распадающихся или несостоявшихся государств. Ведь главная база (нападавших на Всемирный Торговый Центр в Нью-Йорке) находилась тогда в Афганистане — одном из тех несостоявшихся на тот момент государств (failed states), которым на то момент давно уже не уделялось никакого внимания в западных средствах массовой информации. Этот случай нагляднейшим образом демонстрирует следующее: если игнорировать локальные проблемы и конфликты, то они могут вылиться в глобальные риски и угрозы».
Роберт Ротберг (Robert Rotberg), директор программы «Intrastate Conflict and Conflict Resolution» в Kennedy School of Government в Гарварде, в свою очередь, писал в том же номере Internationale Politik, о проблеме восстановления несостоявшихся государств, касаясь случаев Ирака и Афганистана (государств, потерпевших окончательный крах после поражения существовавших там диктаторских агрессивных режимов):
«Восстановление государственности — благородное предприятие. Однако сколь ни похвальны постановка цели и мотивация, но быстрое восстановление государств, потерпевших фиаско, дело очень сложное, если не невозможное, прежде всего если отсутствует сотрудничество с местным населением и если нет международных игроков, которые действительно заинтересованы в результате. К тому же успех усилий зависит от того, насколько правдоподобна и убедительна активность стороны, оказывающей помощь. Восстановление, возрождение и оживление политических, экономических и социальных основ обескровленной и опустошенной нации будут успешными только тогда, когда подобное предприятие рассматривается как однозначно легитимированное.
Ирак и Афганистан — это экстремальные примеры национальных государств, которые оказались подорваны вследствие человеческих действий, жители, ресурсы, предпринимательские инициативы которых как таковые были загублены режимами, ориентированными только на грабеж и подавление. Права и свободы человека были попраны, гражданское общество уничтожено. Что касается систем образования и здравоохранения, то здесь существовали четкие разграничения в зависимости от принадлежности к той или иной социальной группе и от политической лояльности. Стабильность устанавливалась за счет произвола и частых демонстраций государственной силы, нередко носивших весьма странный и превратный характер. Народное хозяйство служило власть имущему, а не отдельному гражданину. Но существовала некая «предсказуемая неопределенность»: в рамках всеобъемлющей небезопасности повышалась индивидуальная безопасность (т.е. уровень преступности был относительно низким и т.д.). Диктатура и бесчеловечность тем самым обретали свой смысл, в первую очередь, когда целями для нападок становились определенные этнические или религиозные группы или представители другого класса.
Отсюда следует, что освобождение вызывает к жизни беспорядок, что индивидуальная безопасность снижается, когда срывается занавес репрессий, и параноидальный режим, который давал работу целой армии шпионов и доносчиков, местных и региональных исполнителей, заменяется режимом ориентированного на демократию суверена (имеется ввиду режим, установленный в Ираке при помощи США в результате свержения режима Саддама Хусейна в 2003 году), не имеющего ни связей на местном уровне, ни последовательной стратегии для завоевания «умов и сердец», обладающего к тому же лишь слабыми знаниями языка. Проблема становится тем более сложной, когда наряду с недостатком легитимирующей стратегии отсутствует также убедительная концепция поддержания общественного порядка.
Эти проблемы не являются неразрешимыми до тех пор, пока существует возможность максимально быстро превратить первоначальное приятие местным населением сил извне в долгосрочное сотрудничество между бывшими угнетенными и прибывшими освободителями».
Из Афганистана и Ирака на Балканы. В последний раз в этом обзоре обратимся к архивному номеру Internationale Politik, посвященного теме несостоявшихся государств. Профессор Карл Кайзер (Karl Kaiser ) из Научно-исследовательского института Германского общества внешней политики рассматривал в одной статей проблемы балканских государств, в частности проблемы некоторых республик бывшей Югославии, которые в отдельный период времени имели реальные шансы стать несостоявшимися государствами в связи с межнациональными конфликтами в ходе и после единого распада единого югославского государства. Кайзер связывал трудноразрешимость межнациональных конфликтов на Балканах в том числе с общей недоразрешеностью основных вопросов современного миропорядка. Он пишет:
«Балканы были регионом, в котором особенно отчетливо проявились многие центральные проблемы миропорядка XXI века — такие, как границы самоопределения народов, линия поведения в отношении этнических конфликтов, необходимость кризисного менеджмента и новых подходов к сохранению мира или легитимность гуманитарных интервенций. Хотя на события в регионе оказывают влияние уникальные, специфические факторы, полученные там уроки и опыт имеют универсальное значение и применимы также для других частей мира.
На Балканах с особым драматизмом произошло крушение международного консенсуса, который на всем протяжении «холодной войны» преобладал в решающем вопросе о границах самоопределения народов. Деколонизация после второй мировой войны проходила с целью и в результате самоопределения народов. Независимость предоставлялась политическим общностям, созданным колониальными державами.
Всеобщее признание получил принцип, согласно которому самоопределение завершалось предоставлением независимости бывшим колониям, но эта независимость не распространялась на отдельные части мультиэтнических стран. На Индийском субконтиненте применение этого принципа было сорвано с помощью вооруженной силы (fкак следствие, стало возможным разделение Британской Индии на Индию и Пакистан. Прим. Portalostranah.ru), но он был достаточно последовательно осуществлен в Африке с ее этнической пестротой и искусственными колониальными границами — например, при попытке отделения Биафры от Нигерии. Дальнейшее распространение принципа самоопределения привело бы к возникновению множества нежизнеспособных государств, просто к хаосу.
Конец коммунизма и «холодной войны» ослабил дисциплину и властную систему, которые обеспечивали целостность мультиэтнических и многоконфессиональных государств. Распад Югославии сопровождался огромным выбросом насилия, в Советском Союзе в ходе аналогичного процесса объем насилия был сравнительно небольшим, а Чехословакия обошлась даже совсем без насилия. Однако тот факт, что отдельные части многонациональных государств стали претендовать на получение независимости, снова поставил на повестку дня вопрос о границах самоопределения народов.
На начальном этапе югославского конфликта западные демократии, в первую очередь Соединенные Штаты, высказывались против расчленения Югославии, — из опасений, что такой распад оказал бы влияние на Советский Союз и весь остальной мир (Президент Джордж Буш-старший публично заявил об этом во время своего визита в СССР). Однако вскоре западные демократии отказались от этой политики, когда стало ясно, сколько страданий и нарушений основных прав человека несет с собой ее последовательное применение.
Вопрос о границах самоопределения по-прежнему стоит в повестке дня мировой политики. Поскольку в мире существует более трех тысяч различных народов, то в конфликтном потенциале недостатка нет.
Особо необходимо напомнить о том, что влияние диктатора Слободана Милошевича и его властных структур сыграло решающую роль в том, что вместо мирного варианта — например, в направлении создания конфедерации — возникла цепная реакция кровавого насилия, которого вполне можно было бы избежать. Милошевич дал волю сербскому национализму (как диктатор Франьо Туджман — хорватскому) с затяжными последствиями в виде взаимной мести.
Несмотря на все меры, принятые на Балканах другими державами, решающее значение имело понуждение правящих элит к уважительному и тактичному отношению к этническим меньшинствам. Это касалось выполнения как Дейтонского соглашения 1995 года, так и соглашений, достигнутых после Косовской войны, Пакта стабильности, конституционной реформы в Македонии или посредничества между Черногорией и Сербией. Созыв Международного трибунала по бывшей Югославии и оказание давления — отчасти успешного — с целью выдачи Милошевича и других военных преступников суду в Гааге, были направлены не только на то, чтобы вынести приговор по преступлениям, совершенным в прошлом. Эти меры должны были дать лидерам региона устрашающий, обращенный в будущее сигнал: любой отход от принятых норм межэтнических отношений будет в конце концов наказан.
Но потенциальный эффект «пряника» был не менее значителен. Болгария, скверно обращавшаяся со своим турецким меньшинством, полностью пересмотрела свою политику — вне всякого сомнения, потому, что руководству страны стало ясно: без такого изменения политики Болгария не будет иметь шансов на вступление в ЕС и НАТО. Перспектива членства в Европейском Союзе до сих пор остается на Балканах одним из мощнейших стимулов, побуждающих политические элиты к корректному обращению со своими меньшинствами», — указывал профессор Кайзер в 2003 году.
Отметим, что по состоянию на 2013 год, Сербия и Косово, одни из немногих балканских стран, пока не вступивших в Европейский союз, предпринимают отчаянные шаги, чтобы вписаться в процесс общеевропейской интеграции, пытаясь переговорами урегулировать все территориальные споры. Вообще же республики бывшей Югославии при помощи Европейского Союза преодолели, во многом, тяжелое время и находятся на пути к процветанию, переходя в разряд стабильных государств. Хотя проблемы с национальной идентичностью до сих пор остаются в Боснии и Македонии.