Жено се сын твой что это значит
Толкования Священного Писания
Содержание
Толкования на Ин. 19:25
Свт. Иоанн Златоуст
Ст. 25-27 Стояху же при кресте Иисусове Мати Его и сестра Матере Его Мариа Клеопова и Мариа Магдалина. Иисус же видев Матерь и ученика стояща, егоже любляше, глагола Матери Своей: Жено, се, сын Твой. Потом глагола ученику: се, Мати твоя. И от того часа поят Ю ученик во своя си
Свт. Игнатий (Брянчанинов)
При кресте Иисуса стояли Матерь Его и сестра Матери Его, Мария Клеопова, и Мария Магдалина
Аскетическая проповедь.
Блаж. Феофилакт Болгарский
При кресте Иисуса стояли Матерь Его и сестра Матери Его, Мария Клеопова, и Мария Магдалина
Евфимий Зигабен
Стояху же при кресте Иисусове Мати Его и сестра Матере Его Мариа Клеопова и Мариа Магдалина
Богоматерь была единственной дочерью у своих родителей; но так как Иосиф обручник и Клеопа были братья, а у евреев был обычай называть сестрами и жен братьев потому только, что мужья их были братья, то евангелист здесь назвал сестрою Богоматери только родственницу Ее. Иосиф и Клеопа – мужья их и были родные братья, а Богоматерь и Мария – жены их, были сестрами по свойству. Теперь жены эти стали при кресте, когда открылась для них возможность, а сначала все ученики Господа только издали смотрели, как повествуют об этом другие евангелисты. Прочитай также объяснение слов из двадцать седьмой главы Евангелия от Матфея: Иисус же, паки возопив гласом велиим, испусти дух (Мф. 27, 50).
Прп. Макарий Великий
И каким образом Мария, стоящая рядом с распятым Господом, рыдала и обливалась слезами, уязвляемая тоской любви, и (сама) казалась сораспинаемой (с Господом), таким же образом и душа, любящая Господа, приявшая в себя ревностный пыл любовного восторга и поспешающая поистине сочетаться со своим Женихом-Христом, должна сострадать страстям Его, всегда помня и имея пред очами язвы Его, полученные из-за нее; (она должна видеть), сколь многое претерпел ради нее Бесстрастный и как был наказан из-за нее Тот, Кто превыше всякого наказания; как бывший образом Божиим принял образ раба (Флп. 2, 6-7), — должна душа сопретерпевать (с Господом) во всем и быть заключенной в узы вместе с Ним, ибо подобным образом она и прославится вместе с Ним (Рим. 8, 17).
Собрание рукописей типа III. Поучение 3.
Лопухин А.П.
Ст. 25-27 При кресте Иисуса стояли Матерь Его и сестра Матери Его, Мария Kлеопова, и Мария Магдалина. Иисус, увидев Матерь и ученика тут стоящего, которого любил, говорит Матери Своей: Жено! се, сын Твой. Потом говорит ученику: се, Матерь твоя! И с этого времени ученик сей взял Ее к себе
Здесь евангелист рисует нам другую картину, которая представляет резкий контраст с первой: Христос вверяет Свою Мать попечению Своего возлюбленного ученика.
Сколько женщин стояло при кресте? Одни толкователи говорят три, другие – четыре. Более вероятным представляется второе мнение, потому что неестественно было бы предположить, что евангелист стал бы точно называть по имени сестру Пресвятой Богородицы, когда не назвал по имени Саму Матерь Христа. Между тем, очень естественно предположить, что евангелист упоминает о четырех попарно стоявших женщинах, из которых первых двух по имени не называет (этим и объясняется двукратное употребление частицы «и»). О Марии Магдалине и Марии Kлеоповой см. комментарии к Мф.20:20; Лк.8:2, 24:18. Но кто такая была сестра Пресвятой Богородицы? Нет ничего невероятного в предположении (которое делает Цан), что Иоанн здесь подразумевает свою собственную мать, которую, как и самого себя, из скромности не называет по имени. При таком предположении является очень естественным притязание Иоанна и Иакова на особую роль в Царстве Христа (Мф.20:20 и сл.) и поручение Пресвятой Богородицы именно Иоанну, который таким образом приходился близким родственником Христу. Хотя Пресвятая Дева могла бы найти приют у сыновей Иосифа, но они были не близки по духу Ее Сыну (Ин.7:5) и, следовательно, также и Ей.
Почему Христос называет Свою Мать просто женщиной? С одной стороны, Он этим показывает, что отныне Он принадлежит всем людям, что естественные узы, связывавшие Его доселе с Пресвятой Матерью, теперь разрешаются (ср. Ин.20:17), а с другой стороны, Он выражает Ей Свое сострадание именно как осиротевшей женщине.
Иоанн тогда взял Пресвятую Деву с собою, чтобы отвести Ее в дом отца своего в Kапернаум – таково, конечно, было тогда его намерение. Но это намерение не осуществилось, и Иоанн с Пресвятой Девой остался в Иерусалиме до самой Ее смерти, после того как по воскресении Христа недели три провел в Галилее, куда ушел по повелению Самого Христа (ср. Мф.26:32).
Жено! Се сын твой! Се мати твоя
«Ты прекраснее сынов человеческих; благодать излилась из уст Твоих» ( Пс. 44, 3 ). Так исповедуем мы вместе с сыном Кореевым, взирая с верою на Христа – Сына Божия и Сына Человеческого и внимая сказанным Им словам вечной жизни. Поучал ли Он – или обличал, предостерегал ли – или делал напоминания, просил ли – или утешал: всегда слово, исходившие из Его уст, было благодатным словом спасения, благословения и милости. Исполнены благодати уста Твои! Так исповедуемся мы Человеку скорбей и любви, когда с верою стоим у Его креста и внимаем последним словам Его, которые Он произнес среди страданий, в предсмертные минуты. Эти слова Его также исполнены пожеланий блаженства, исполнены благословения и милосердия. Прежде всего благословение завещал Он Своим убийцам, так как Он, умирая, молился за них. Благословение снискал Он бедному грешнику, который висел рядом с Ним, так как Он открыл ему двери рая. Благословение завещает Он также и Своей Матери, и ученику, которого Он любил. Его уста во время крестных страданий подобны розам, из которых струится по каплям миро ( Песн. 5, 13 ). Первым словом Иисуса со креста было ходатайство милосердного первосвященника. Вторым – обещание Вечного Царя. Слово третье, которому мы внимаем ныне, есть слово Сына и Друга.
Мария, Матерь Иисуса, стояла вместе с другими святыми женами у подножия креста. Ее материнское сердце, исполненное невыразимой скорби, обливалось кровью, так как она принуждена была видеть своего Сына, своего возлюбленного Сына висящим на кресте, страдающим и умирающим. Она не имела никакой возможности не только освободить Его, но даже и прикоснуться к Нему, не только спасти, но даже и облегчить Его муки. Как велики были страсти, претерпенные Иисусом, так, без сомнения, велики были и раны в сердце Его матери. В это именно время пронзил душу ее тот меч, о котором предсказал ей некогда в храме старец Симеон. И в эти минуты скорби Сын не оставил матери. Долг Сыновней любви Им уплачен. Евангелист говорит, что Христос, взглянув на Мать и любимого Своего ученика Иоанна Богослова, сказал: «Жено, се Сын твой», а ученику: «се мати твоя».
В этом завещании является пред нами во всей силе нежная и заботливая любовь Спасителя к Своей матери. Иисус хочет теперь совершенно покончить с земною жизнью. Умирая, Он хочет теперь быть наедине со Своим Богом и Отцом. Приближаются последние величайшие муки, начинается последняя, страшная борьба. Любящий Сын хочет избавить Свою мать от потрясающего и раздирающего сердце зрелища. Поэтому Он прощается с нею и дает ей понять, чтобы она ушла от Его креста. Иоанн также понимает теперь эту речь и приказание своего любимого Господа и Учителя. Он берет Марию «от того часа» ( Ин. 19, 27 ) к себе и уводит ее с Голгофы в свой дом, чтобы охранить ее таким образом от последнего, мучительного часа. Мария послушно и добровольно следует за Ним, так как ей тяжело оставаться у креста. Она доверяется теперь сердцу своего Сына и Его ученика и удаляется от потрясающего и раздирающего душу зрелища, чтобы в тихом доме, в уединении скорбеть и плакать.
С этого часа Пречистая Дева сделалась матерью ученика, а он стал сыном ее, и жили они и оставались вместе до успения Марии. Иоанн, как известно, прожил все это время в Иерусалиме, между тем как другие ученики разошлись по всему миру для распространения Евангелия. Блаженны были Иоанн и Мария в обществе один другого, блаженны среди скорбей и печалей.
Христиане, читающие эти строки, и у вас есть, быть может, престарелые родители, которые завещаны вам так же, как и вы им. Но, быть может, отношения ваши не таковы, какими бы должны быть; к несчастью, нередки между людьми примеры самых дурных, непохвальных, возмутительных отношений между родителями и детьми. Таким образом, те обязанности, которые должны так свято исполняться и которые должны ценить подобно Иоанну, становятся тяжелым, несносным бременем. Вспомните же, что распятый за вас Христос и вам завещал умирая: «Вот мать твоя, вот сын твой!» Мария не была матерью Иоанна, хотя близкое родство соединяло их, так как она была сестрою матери его, но, по слову завещания Спасителя, Иоанн стал сыном ее. И по сие время случаются весьма часто подобные же примеры; и теперь Господь дарует людям чужих детей и теперь приходится принимать в семью свою чужих родителей, чужих сестер и братьев и если сердце наше может уподобиться сердцу Иоанна, то оно примет их с благодарностью, как дар Божий, зная, что приняло их во имя Господа, Иисуса Христа.
Источник: Страсти Христовы: Беседы о страданиях Господа нашего Иисуса Христа. СПб., типография Спб. общ. печ. дела в России Е. Евдокимов, 1902. [2], II, 374 с.; с илл. в тексте и 2 илл. на отдельных листах. 25,6 х 18,4 см.
Евангелие по Иоанну 19:26
Толкования:
Блаж. Феофилакт Болгарский
Иисус, увидев Матерь и ученика тут стоящего, которого любил, говорит Матери Своей: Жено! се, сын Твой
Евфимий Зигабен
Иисус же видев Матерь и ученика стояща, егоже любляше
В это время и он тут же стоял, так как враги их, иудеи, уже разошлись.
Глагола Матери Своей: Жено, се, сын Твой
Лопухин А.П.
Иисус, увидев Матерь и ученика тут стоящего, которого любил, говорит Матери Своей: Жено! се, сын Твой
Ориген
Иисус, увидев Матерь и ученика тут стоящего, которого любил, говорит Матери Своей: Жено! се, сын Твой
Итак, должно осмелиться сказать, что как Евангелия – начаток всего Писания, так и Евангелие от Иоанна – начаток всех Евангелий, смысл которого никто не может понять, не «припавши ко груди Иисуса» ( Ин. 13, 25 ) и не взяв от Иисуса Марию, ставшую и его матерью. И чтобы другому стать Иоанном, ему должно быть таким, чтобы на него, словно на Иоанна, указал Иисус как на Иисуса. Ибо если у Марии, согласно мыслящим здраво о Ней, не было иного сына, кроме Иисуса; Иисус же говорит матери: «Вот, сын Твой», а не: «Вот, и сей сын Твой», – это все равно что сказал Он: «Вот, сей есть рожденный Тобой Иисус». И любой совершенный – «уже не он живет, но в нем Христос» (ср. Гал. 2, 20 ), и когда «живет» в нем «Христос», то говорится о нем Марии: «Вот, Сын Твой» Христос.
Свт. Епифаний Кипрский
Иисус, увидев Матерь и ученика тут стоящего, которого любил, говорит Матери Своей: Жено! се, сын Твой
Свт. Игнатий (Брянчанинов)
Ст. 26-27 Иисус, увидев Матерь и ученика тут стоящего, которого любил, говорит Матери Своей: Жено! се, сын Твой. Потом говорит ученику: се, Матерь твоя! И с этого времени ученик сей взял Ее к себе
Когда Господь совершил искупление рода человеческого и уже намеревался, вися на кресте, запечатлеть искупительный подвиг произвольною смертью, тогда при Господе и при кресте Его стояла Богоматерь с возлюбленным учеником Господа, Иоанном. Господь совершил уже искупление человечества; уже Он рождал человечество в новую жизнь Своими предсмертными страданиями; уже Он готов был совершить это рождение Своею смертью. Соделавшись таким образом Родоначальником обновленного человечества, заменив для него Собою праотца, неспособного по причине падения рождать чад во спасение, рождающего их единственно в погибель, Господь обращается внезапно к предстоящей Ему Богоматери, к участнице Его искупительных за человечество страданий, вводит Ее в права Ее относительно человечества, в права, доставленные Ей Богочеловеком и всеми отношениями Ее к Богочеловеку. Он объявляет Ее Матерью возлюбленного ученика, а в нем и всего обновленного человечества, по разумению и объяснению отцов. Как заменил Господь Адама Собою, так заменил Он Еву Богоматерью.
Свт. Иннокентий (Борисов)
Ст. 26-27 Иисус, увидев Матерь и ученика тут стоящего, которого любил, говорит Матери Своей: Жено! се, сын Твой. Потом говорит ученику: се, Матерь твоя! И с этого времени ученик сей взял Ее к себе
Для Иисуса Христа взгляд на Матерь был новым мучением. Путешествуя постоянно из одной страны в другую для проповеди, Он не мог исполнять обычных обязанностей сына, но все же был надеждой и утешением Своей Матери, даже в земном отношении. Теперь Мария была Матерью уже не Иисуса, всеми любимого, уважаемого, Которого страшился сам синедрион, Который составлял предмет надежд для всего Израиля, а Иисуса, всеми оставленного, поруганного, окончившего жизнь на Голгофе, вместе с злодеями.
Нужно было преподать какое-нибудь утешение, преподать однако же так, чтобы оно, служа отрадой на всю жизнь, не обрушило теперь на нее насмешек и преследований врагов, многие из которых находились еще у креста. Каких бы ни позволили они себе дерзостей, если бы узнали, что между ними находится Матерь Иисуса? Господь не назвал Ее Матерью.
«Жено», – сказал Он Матери, – «се сын Твой». Взгляд на Иоанна объяснил эти слова.
Потом, указывая взором на Матерь, сказал Иоанну: «Се Мати твоя».
Последние дни земной жизни Господа нашего Иисуса Христа.
За тайною сораспятия Сыну на Голгофе тотчас последовала другая тайна – усыновления Иоанну, тайна, мало кем примечаемая, но не менее изумительная и обильная назиданием духовным. В самом деле, братие, размышляли ли вы когда-либо о сем дивном усыновлении, последовавшем на Голгофе? Вникали ли в цель и дух сего действия? Для чего Матерь Сына Божия дается здесь в Матери ученику, и таким образом как бы низводится на время с высоты Своего беспримерного величия? Ужели для того, чтобы Ей иметь пристанище в дому Иоанна? Но кто бы из верующих, по воскресении Сына, мог отказать в убежище Его Матери. И со креста ли происходить таким земным, неважным распоряжениям? Нет, таинственные слова: «Жено, се, сын Твой!» имеют смысл более глубокий: ими определяется характер всей остальной жизни Богоматери; здесь ключ к изъяснению всех дальнейших событий с Нею. Внемлите!
Когда Божество Сына, с воскресением и вознесением Его на небо, открылось во всей силе, когда весь мир начал преклоняться пред именем Распятого, в то время Матери Иисусовой естественно предстояла величайшая честь и слава, подобающая Матери Сына Божия, Спасителя человеков. Никто, без сомнения, не мог быть достойнее Марии сей чести и сей славы; и никто, без сомнения, не употребил бы их так свято и боголепно, как Преблагословенная Дева, но слава в продолжение земной жизни, кроме того что лишила бы Ее точнейшего сходства с Божественным Сыном, Который до конца жизни Своей не имел где приклонить главы, сопровождалась бы тем важным неудобством, что враги христианства не преминули бы в сем случае найти Личность его Основателя и обратить ее в предосуждение успехам Евангелия; великое и чудесное дело обращения всего мира к Богу не было бы свободно от связей и отношений, хотя совершенно чистых, но все еще земных и человеческих; самым проповедником Евангелия трудно было бы поставить себя в надлежащее отношение к прославленной Матери Того, Коего ясли и крест они проповедуют. И вот усыновлением Пресвятой Девы Иоанну на Голгофе устраняются все сии неудобства; на самой вершине духовного величия, в самую минуту величайшей жертвы, от коей должна бы начаться слава Марии, Она таинственными словами: «се, сын Твой!» низводится как бы в круг обыкновенных матерей; усыновлением Иоанну Ей указуется на всю остальную жизнь, на простую долю первой христианки.
И смотрите, как глубоко понята Рабою Господнею сия тайна усыновления! Какой верной остается Она во всю жизнь указанию со Креста! Ибо что мы видим далее в сей жизни? Решительное удаление от всякой славы, при всем чудесном распространении христианства. Книга Деяний святых апостолов подробно повествует об устроении первых церквей христианских; обозначает действия главнейших апостолов; представляет различные обращения Иудеев и язычников ко Христу: но Марии вы не видите. Только раз, и то мимоходом, упомянуто, что Она была вместе с учениками в горнице Сионской в день Пятидесятницы. (Ибо как не быть при сошествии Духа Той, Которая зачала и родила от Духа?) Но потом ни слова о всей Ее остальной жизни, ни слова о самой кончине. Скажите сами: это молчание – не тайна ли? И что значит она, как не то, что Мария устранением Себя от всякого вида славы, явила новый опыт смирения, самого глубокого, и таким образом сделалась еще более достойною того венца славы, который давно, по всем правам, принадлежал Ей?
Свт. Иоанн Златоуст
Иисус же видев Матерь и ученика стояща, егоже любляше, глагола Матери Своей: Жено, се, сын Твой
Семь изречений Христа на Кресте
Первое изречение: “Отче! прости им, ибо не ведают, что творят” (Лк. 23:34). Этими словами Иисус проявил безграничное милосердие к Своим палачам, чье жестокосердие не оттаяло даже тогда, когда Он переносил страшные муки на Кресте. Кроме того, Он изрек со скалы Голгофского холма одну установленную, но не осознанную истину, а именно: творящие зло никогда не понимают, что делают. Убивая праведника, себя убивают, а его прославляют. Преступая Закон Божий, они не видят незримо спускающегося на них жернова, который сокрушит их. Гневя Бога, они не видят своих лиц, постепенно превращающихся в звериные морды. Объятые злобой, они никогда не ведают, что творят.
Второе изречение: “истинно говорю тебе, ныне же будешь со Мною в раю” (Лк. 23:43). Эти слова обращены к раскаявшемуся разбойнику на кресте. Очень утешительное слово для грешников, которые каются хотя бы в самую последнюю минуту. Милость Божия безгранична. Господь исполняет Свою миссию даже на Кресте. До последнего Своего вздоха Он спасает всех, кто имеет хоть малейшую волю к спасению.
Третье изречение: “Жено! се, сын Твой” (Ин. 19:26). Так сказал Господь Своей Святой Матери, стоявшей под Крестом с “распятой” душой. А апостолу Иоанну Он сказал: “се, Матерь твоя” (Ин. 19:27). В этих словах Его сыновняя забота, обязательная для всякого по отношению к родителям. Ибо Бог дал людям заповедь: “Почитай отца твоего и мать твою” (Исх. 20:12), и Сам исполняет ее до последнего часа.
Четвертое изречение: “Боже Мой, Боже Мой! для чего Ты Меня оставил?” (Мф. 27:46) Эти слова говорят не только о немощи человеческой, но и о прозорливости Господа. Ибо человек страдает, но под болью человеческой сокрыта одна тайна. Только эти слова смогли разрушить ересь, спустя несколько веков потрясшую Церковь: она ложно учила, что на Кресте страдало Божество. А между тем вечный Сын Божий для того и вочеловечился, чтобы и телом, и душой пострадать за людей и умереть за них как человек. Ибо, если во Христе пострадало Божество, – значит, Божество во Христе и умерло. А это невозможно. Вдумайтесь как можно глубже в эти великие и страшные слова: “Боже Мой! Боже Мой! для чего Ты Меня оставил?”
Пятое изречение: “Жажду” (Ин. 19:28). Его Кровь излилась. От этого – жажда. Солнце с запада било Ему в лицо и, усугубляя Его страдания, страшно пекло. Естественно, что Он жаждал, но, Господи, чего воистину Ты жаждал: воды или любви? Жаждал ли ты как человек или как Бог, или как и человек и Бог? Вот он, римский легионер, давший Тебе пропитанную уксусом губку. Капля “милосердия”, которую Ты получил от людей за три часа мук на Кресте! Этот римский воин каким-то образом несколько смягчает грех Пилата, грех Римской империи по отношению к Тебе, пусть даже это был уксус. За то разрушишь Ты Римскую империю, но на ее месте создашь новую.
Шестое изречение: “Отче! в руки Твои предаю дух Мой” (Лк. 23:46). Это означает, что Сын предает дух Свой в руки Отца Своего. Чтобы знали все, что пришел Он от Отца, а не по Своей воле, как обвиняли Его евреи. Но слова эти были сказаны, чтобы слышали и знали буддисты, пифагорейцы, оккультисты и все философы, которые пустословят по поводу переселения душ в других людей, животных, в растения, звезды и минералы. Отбросьте все эти фантазии и посмотрите, куда идет дух умершего праведника: “Отче! в руки Твои предаю дух Мой”.
Седьмое изречение: “Совершилось!” (Ин. 19:30). Это не значит, что жизнь заканчивается. Нет! Это значит, что завершилась Его миссия искупления и спасения рода человеческого, что “совершилось” было освящено кровью и смертью, Божественным деянием одного истинного Мессии людского. Завершились страдания, но жизнь только начинается. Закончилась трагедия, но страшного не произошло. За сим следует последнее величественное дело – победа над смертью, воскресение и слава.
Почему Иисус Христос обращается к Богородице «Жено»? Почему Иуда предал Христа? Почему Его распяли?
отвечает протодиакон Дмитрий Половников
Здравствуйте! Скажите, пожалуйста, почему Иисус Христос не называет Пресвятую Богородицу мамой, а называет «жено», а что это за слово? И вот еще я не понимаю: как Иуда все-таки мог предать Христа за деньги, если Он мертвых воскрешал, изгонял бесов и вообще сотворил много чудес? Неужели жадность даже страх пересилила, как он мог не побояться, ведь Господь так бы это не оставил? И Иисус при нем сказал: «Горе тому, кем Сын человеческий предается». Иуда был так сильно разочарован, что ли? Как те, что кричали «Распни Его»? Они что — так отомстить хотели за свои несбывшиеся ожидания? Я не понимаю, откуда столько злобы, ведь они, кроме добра, от Иисуса ничего не видели? Вот ведь в притче о винограднике виноградари убили царского сына специально, по злобе, из корысти. А здесь? Они что — вообще от Бога отказались или решили, что раз им в этот раз не понравилось, Господь другого Мессию им пошлет?
Уважаемая Людмила, вас смущает слово «жено», обращенное к маме. Давайте попробуем разобраться в этом вопросе. Данное слово по отношению к Богородице Марии встречается в двух отрывках евангелия от Иоанна Богослова. «Иисус говорит Ей: что Мне и Тебе, Жено? еще не пришел час Мой». (Ин. 2, 4). «Иисус, увидев Матерь и ученика тут стоящего, которого любил, говорит Матери Своей: Жено! се, сын Твой». (Ин.19, 26). Слову Жено (и в славянском и синодальном переводе одинаково) соответствует греческое слово γÚναi — что означает женщина (и именно таким образом переведено это слово в переводе еп. Кассиана Безобразова). Но, при этом надо иметь в виду, что данные отрывки находятся в самом возвышенном Евангелии — Евагелии от Иоанна, а Иоанн Богослов не ставил целью передать диалоги с репортерской точностью. Его цель состояла в другом. Надо еще вспомнить, что Иисус говорил не по-гречески — то есть на языке, на котором написано Евангелие, а на арамейском и еврейском. Поэтому мы можем только догадываться, как именно Господь обращался к своей маме. Видеть в этом какое-то принижение Марии, я думаю, не стоит. Достаточно будет слов Марии: «что скажет Он вам, то сделайте» (Ин. 2, 5).
Вопрос о том, почему Иуда предал Христа требует достаточно развернутого ответа, поэтому я советую вам прочитать книгу «Иуда-предатель» протоиерея Павла Алфеева. Эта книга средней величины, в которой исследуется данный вопрос в полной мере.
Что касается иудеев, которые кричали Иисусу «Распни Его», то здесь надо вспомнить, что и сейчас далеко не все люди воспринимают Иисуса Христа, как Мессию. Для полного ответа на данный вопрос надо знать обстановку в Иудее того времени. Кратко можно ответить, что иудеи ждали не того Мессию. По представлениям евреев того времени — Мессия должен прийти и разбить всех врагов, освободить евреев от оккупации и поставить их во главе мира. Целью же Иисуса было иное, а не то, что ожидали от него. Евреи не отказались от Бога, по крайней мере, как они его понимали, просто Иисус Христос не соответствовал их пониманию Мессии. А раз не соответствовал, значит, для них он и не являлся Спасителем. Они не увидели в нем Мессию и отвергли Его. Так, до сих пор и ожидают прихода Мессии.