Жидкий стул у взрослого при ковиде чем лечить

Кишечная форма COVID: отличие от легочной, чем опасна и как спасти ЖКТ

COVID-2019 постоянно мутирует, пробивая себе новые пути для проникновения в организм. Как выяснилось, новый штамм коронавируса, названный «Дельта», умеет проникать в наше тело через желудочно-кишечный тракт (ЖКТ). При этом симптомы — типичные для пищевых отравлений и целого ряда желудочно-кишечных заболеваний: диарея, рвота и боли в животе. И если отнестись к этому, как многие относятся к обычному пищевому расстройству («само пройдет») — последствия могут быть довольно тяжелыми. О том, возникает и как проявляется кишечная форма ковида, чем опасен COVID-19 для ЖКТ, как поступить, если появились тревожные симптомы, и что делать, если диагноз подтвердился, рассказывает врач-гастроэнтеролог, член Российской гастроэнтерологической ассоциации кандидат медицинских наук Марат Зиннатуллин.

Фото: ИЗВЕСТИЯ/Дмитрий Коротаев

— Марат Радикович, поясните: как вирус выбирает, куда ему пойти — в легкие или в желудочно-кишечный тракт?

— Дело в том, что вирус один, но пути проникновения могут быть разными. Попадая в организм, вирусу важно встретиться с определенными рецепторами, которые расположены в дыхательной системе и в ЖКТ. Вирусу без разницы, где встречаться с рецепторами — главное, чтобы они были. Поэтому он проникает в организм и поражает с одной стороны — легкие, а с другой — ЖКТ. Те места, где находятся эти рецепторы.

— Может ли вирус поразить и то и другое одновременно?

— В общем-то да — все зависит от исходного состояния пациента. Поэтому и болеют люди по-разному: у одних болезнь протекает в легкой форме, у других — в тяжелой. И если на момент заражения вирусом у человека уже имеются определенные заболевания ЖКТ, то понятно, что риск поражения именно ЖКТ у него намного выше. Да и сама болезнь у таких людей будет протекать тяжелее.

Симптомы «кишечного» вируса

— Какие симптомы выдают «кишечный» вирус? Как его распознать?

— Сделать это невозможно, потому что симптомы неспецифичны: это могут быть боли в животе, диарея, рвота. Нет таких симптомов, которые характерны только для коронавирусной инфекции. Ведь за подобными состояниями могут скрываться и банальное обострение гастрита, и проблемы с печенью. Человек будет думать, что у него обострилось заболевание, а на самом деле его организм встретился с вирусом.

— То есть у заболевшего даже температура может оставаться в норме?

— Температура совсем необязательна! И коронавирус может себя проявлять только диареей и болями, без каких-либо других признаков заболевания.

— То есть человек может ходить на работу, не подозревая о том, что болеет коронавирусом? Стоит ли тогда при вышеописанных симптомах в период пандемии показываться врачу?

— К врачу сходить можно, но даже он не сможет подтвердить или опровергнуть наличие коронавируса без специального обследования.

— Значит, лучше перестраховаться и сдать кровь на антитела?

— Да, провести ПЦР-диагностику (мазок) и сдать анализ крови. Это было рекомендовано делать и раньше, просто до последнего времени информации о том, что коронавирус поражает ЖКТ, было мало. А сейчас можно видеть, что вирус не только присутствует в организме, но и начинает повреждать печеночную клетку, и тогда у пациента могут повышаться некоторые печеночные показатели.

Как восстановиться после «кишечного» COVID

— Если человек перенес «кишечный» коронавирус, как быстро происходит восстановление и какие анализы нужно контролировать?

— К сожалению, пока у нас не так много информации на этот счет, но уже понятно, что восстановление бывает достаточно длительным. Последствия в виде нарушения стула, длительных болей, дискомфорта могут проявляться по-разному. У одних они протекают достаточно быстро и легко, а восстановление занимает считанные недели. Но бывают сложные ситуации, когда ЖКТ приходится восстанавливать очень долго — до полугода. Сейчас ученые на основании накопленной информации в состоянии сделать важные выводы о новой инфекции. Один из них заключается в том, что коронавирус имеет волновое течение: после острой фазы болезни наступает мнимый период благополучия, а потом снова идет ухудшение. И так болезнь может напоминать о себе еще достаточно долгое время. Появились данные, что коронавирус может присутствовать в ЖКТ до полугода.

— Насколько губителен COVID-19 для желудочно-кишечного тракта?

— Некоторые ситуации проходят для пациентов практически незаметно, но бывают случаи, когда необходимо серьезное лечение. Ведь ЖКТ зачастую страдает не только из-за самого коронавируса, но и опосредовано. Если человеку становится хуже по легочной системе — ему могут назначать серьезные препараты, в том числе антибиотики, предотвращающие развитие бактериальной инфекции. И тогда ЖКТ испытывает на себе двойной удар: вирус сам по себе повреждает слизистую и микрофлору кишечника, да плюс еще на нее воздействуют антибиотики. Страдает также печень, поскольку именно на нее падает самая большая нагрузка. Это может привести к лекарственному гепатиту, и к формированию печеночной недостаточности — когда изменения в печени настолько серьезны, что она уже не может справляться со своими функциями. В таких случаях прогнозы в плане жизни и здоровья сильно ухудшаются.

Марат Зиннатуллин,

врач-гастроэнтеролог, член Российской гастроэнтерологической ассоциации кандидат медицинских наук:

«При «кишечном» коронавирусе температура совсем необязательна. Ковид может себя проявлять только диареей и болями, без каких-либо других признаков заболевания».

— У кого ЖКТ страдает чаще?

— Чем старше пациент, тем больше у него сопутствующий патологии. Если у человека изначально уже имеются проблемы с ЖКТ, то повреждений, нанесенных коронавирусом, будет больше.

Спасти ЖКТ

— Что должен знать человек с проблемами ЖКТ в период пандемии? Можно ли каким-то образом себя обезопасить?

— Я не стал бы рекомендовать прием препаратов в профилактических целях, поскольку лекарственную терапию должен назначать лечащий врач. Существует группа препаратов, обладающих способностью устранять, уменьшать и даже профилактировать повреждения печени. Они исследованы и рекомендованы как международными организациями, так и нашим Российским обществом по изучению печени. Работы проводились на базе Первого Московского государственного университета им. И. М. Сеченова и подтвердили эффективность некоторых гепатопротекторов в восстановлении печени после поражения вирусом и в ходе лечения, когда печень повреждается из-за лекарственной терапии. Что касается ЖКТ, то есть данные о том, что коронавирус может повреждать микрофлору кишечника, поэтому с целью профилактики и лечения можно рекомендовать прием некоторых лекарственных препаратов, а также БАДов, содержащих лакто- и бифидобактерии — то есть пробиотиков. Существует огромное количество пробиотиков, которые рекомендованы в комплексном лечении при назначении антибиотиков для предотвращения расстройств ЖКТ, но они же могут применяться и профилактически у пациентов, не испытывающих никаких симптомов. При более серьезных повреждениях с целью восстановления слизистой ЖКТ в ход идет более «тяжелая артиллерия», обладающая способностью восстанавливать слизистую на всем протяжении ЖКТ. Но, повторюсь, такие препараты должны назначаться только врачом.

— Беда в том, что сейчас, во время подъема заболеваемости, в поликлинику ходить и боязно, и опасно. Как тогда быть в том числе тем, кто страдает хроническими заболеваниями ЖКТ?

— Действительно, сейчас не рекомендуется без особых причин ходить в поликлинику из-за опасности заражения COVID-19. Здесь все зависит от состояния пациента, от того, как он себя чувствует. Периодически можно делать общий и биохимический анализ и смотреть, какие происходят изменения. Что касается пациентов с заболеваниями ЖКТ, то, как правило, они и сами уже знают, какие анализы им необходимо сдавать при обострении того или иного хронического заболевания. Если имеет место заболевание печени, то есть печеночные пробы, которые отображают состояние этого органа. И если они будут выше нормы, то это уже повод для непосредственного обращения к врачу. А вот плановые обследования можно отложить, чтобы поход в поликлинику или другое медицинское учреждение, где сосредоточены пациенты с коронавирусной инфекцией, не обернулся заражением. С другой стороны, сейчас медицинские учреждения научились так организовывать работу, что риски заразиться там гораздо ниже, чем в метро или в магазине: соблюдается масочный режим, на входе проверяется температура. Поэтому сейчас пациенты уже достаточно смело ходят на прием к врачам разных специальностей. И если вы чувствуете, что здоровье подводит — в поликлинику лучше все же сходить, соблюдая при этом все меры предосторожности.

Фото из личного архива Марата Зиннатуллина

Источник

Что делать, если симптомы ковида и открылась сильная диарея.

Заболела моя мама- 64 года, у нее был прямой контакт с заболевшим ковидом. Два дня назад, поднялась температура от 37,4 до 39,5, боль в горле, кашель и открылась сильная диарея. Скорая назначила противовоспалительные препараты и антибиотик. Плюсом ко всем симптомам появилась тошнота. Очень плохо себя чувствует, обессилена. От диареи принимает лоперамид. Что посоветуете?

Уважаемые посетители сайта СпросиВрача! Наш сервис работает для Вас и позволяет получать бесплатные онлайн консультации врачей круглосуточно. Задайте Ваш вопрос врачу и получите ответ мгновенно!

здравствуйте
вызвать врача для назначения мазка и динамического наблюдения.
общеукрепляющая терапия:
обильное витаминизированное питье (не менее 30 мл на кг массы тела).
Вит Д 2000 ед в сутки длительно
Вит С 500 мг 2 раза в сутки месяц
селцинк по 1 таб в сутки месяц
дыхательная гимнастика обязательно ежедневно
промывание носа и горла солевыми растворами 4-5 раз в сутки

при температуре выше 38 парацетамол, ибупрофен, ибуклин

от диареи смекту по 1 пакетику 4-5 раз в сутки
от тошноты церукал по 1 таб 3 раза в сутки

в идеале сдать общий анализ крови, срб, д Димер и по их результатам решать вопрос о необходимости антибиотиков, кроверазжижающих.

контроль температуры, сатурации, общего состояния.

Источник

Структура статьи

Хотя новая коронавирусная инфекция (COVID-19) наиболее тяжело поражает легкие, сейчас хорошо известно, что эта инфекция характеризуется высокой активностью воспаления, поражением кровеносных сосудов с образованием в них тромбов и поражением различных органов и систем организма.

Желудочно-кишечный тракт – входные ворота для вируса.

Вирус проникает в организм не только через дыхательные пути, но и через клетки желудочно-кишечного тракта и печени, на поверхности которых также обнаружены рецепторы (или входные ворота) для вируса. Поэтому особенностью COVID-19 является высокая частота симптомов со стороны органов пищеварения. Примерно у 15% больных, переносящих COVID-19, наблюдаются тошнота и рвота, потеря аппетита, послабление стула, боль в животе. Иногда эти симптомы оказываются первыми проявлениями болезни, то есть предшествуют симптомам со стороны дыхательной системы, лихорадке и др. Именно поэтому экспертами в мире сделано заключение, что все пациенты с впервые появившимися желудочно-кишечными жалобами, должны проходить тестирование на COVID-19.

Кроме того, примерно у 1/3 больных, особенно при тяжелом течении COVID-19, наблюдаются изменения в биохимическом анализе крови, свидетельствующие о поражении печени (повышение АСТ, АЛТ, билирубина, щелочной фосфатазы, гамма-глутамилтрансферазы).

Более высок риск заражения вирусом, а также осложнений этой инфекции у больных, имевших до COVID-19 какое-либо хроническое заболевание органов пищеварения. Кроме того, отрицательное действие на органы пищеварения может оказывать назначаемое сложное лечение COVID-19, в частности нестероидные противовоспалительные (ибупрофен и др.), антибиотики, противовирусные препараты и др.

Как себя вести в период пандемии пациенту с хроническим заболеванием печени и желудочно-кишечного тракта?

В связи с риском более тяжелого течения COVID-19 и развития обострения заболевания пациентам, имеющим хронические заболевания органов пищеварения, необходимо особенно тщательно соблюдать все санитарно-эпидемиологические меры для снижения риска инфицирования.

Таким пациентам показано проведение профилактической вакцинации. Исключение составляют больные аутоиммунными заболеваниями (такими как аутоиммунный гепатит, болезнь Крона, язвенный колит, аутоиммунный панкреатит). В таких случаях пациенту рекомендуется проконсультироваться со специалистом гастроэнтерологом перед принятием решения о вакцинации.

К наиболее уязвимым категориями больных, имеющих более высокий риск осложнений в связи с развитием COVID-19, относятся:

Все пациенты групп риска в период пандемии должны продолжать лечение своего основного заболевания, согласованное с лечащим врачом.

В частности, должна быть продолжена терапия противовирусными препаратами хронического гепатита В и С. В случаях впервые выявленного в период пандемии вирусного гепатита противовирусная терапия может быть назначена. Следует иметь в виду информацию, что некоторые противовирусные препараты (софосбувир и другие), применяющиеся для лечения вирусного гепатита, как показали исследования, оказывают подавляюще действие на COVID-19. Возможность начала противовирусной терапии или целесообразность отложить ее проведение на постэпидемический период необходимо согласовать с лечащим врачом- гепатологом.

Пациенты с аутоиммунными заболеваниями, получающие иммуносупрессивные препараты (преднизолон, азатиоприн, метотрексат, биологические препараты моноклональных антител и др), должны продолжать лечение, не снижая дозировок и не предпринимая самостоятельных попыток отмены лечения. Наиболее важным для больного является поддержание ремиссии аутоиммунного заболевания. К тому же эта иммуносупрессивная терапия в случаях инфицирования снижает риск развития наиболее тяжелой формы COVID-19, сопровождающейся так называемым цитокиновым штормом.

Если Вы все-таки заболели COVID-19

Важно сообщить врачу, проводящему терапию COVID-19, об имеющемся у Вас хроническом заболевании, а также о принимаемых лекарственных препаратах.

Это позволит врачу выбрать наиболее безопасное для Вас лечение, избежать назначения лекарств, которые могут неблагоприятно взаимодействовать с постоянно принимаемыми Вами препаратами.

Если у Вас хроническое заболевание печени, при инфицировании COVID-19 следует избегать передозировки парацетамола (не более 2 грамм в сутки), а также минимизировать прием нестероидных противовоспалительных препаратов. Не отменять постоянно получаемое по поводу заболевания печени лечение, обсудить с лечащим врачом добавление препарата урсодезоксихолиевой кислоты для профилактики и лечения лекарственного повреждения печени.

Если у Вас аутоиммунное заболевание печени или кишечника, врачи рекомендуют продолжать постоянно принимаемую терапию, но прием таких препаратов как азатиоприн, метотрексат может быть временно приостановлен.

Последствия COVID-19 у больных с заболеваниями органами пищеварения

Перенесенная тяжелая инфекция может привести к обострению и декомпенсации хронического заболевания печени, особенно на стадии цирроза печени. Редко наблюдается тяжелая реакция на применяемые препараты для лечения COVID-19 в виде лекарственного гепатита. Такое заболевание может развиться и у пациентов с прежде здоровой печенью. Еще реже вирус и лекарства могут спровоцировать развитие впервые аутоиммунного заболевания печени.

Поэтому все пациенты, перенесшие COVID-19, должны контролировать биохимический анализ крови после разрешения инфекции и при сохранении отклонений в биохимических показателях обратиться к врачу-гепатологу.

Поэтому во всех случаях развития после COVID-19 болей в животе, изжоги, тошноты, диареи и вздутия кишечника следует обратиться к врачу гастроэнтерологу и провести полное обследование для уточнения причины и проведения соответствующего лечения.

Источник

Правильная помощь при кишечном коронавирусе

Напряженная эпидемиологическая ситуация во всем мире не теряет своей актуальности. Covid-19, является вирусным заболеванием, которое поражает не только дыхательную систему, но и может вызывать осложнения со стороны пищеварительного тракта. Любой вирус склонен к мутациям, которые приводят к появлению новых форм болезни. Кишечный коронавирус не менее опасен для здоровья и жизни, чем легочная форма данного заболевания, поэтому данное состояние не должно оставаться без внимания.

Характеристики состояния

С момента проникновения вируса в организм и до момента появления клинических симптомов кишечного коронавируса проходит от 2 до 5 суток. Данное состояние не протекает в бессимптомной форме. В отличие от респираторной формы, после того как человек переболел кишечной формой коронавируса, в его организме вырабатывается неустойчивый иммунитет. Клиническая картина данного состояния во многом напоминает гастроэнтерит.

У пациентов, имеющих хронические заболевания желудочно-кишечного тракта, клиническая симптоматика кишечного коронавируса выражена в большей степени.

Причины

Диарея при коронавирусной инфекции может быть как первичной, так и вторичной, Первичный вариант заболевания развивается от непосредственного влияния вируса на организм. При передаче вируса фекально-оральным способом, в просвете кишечника патогенный микроорганизм прикрепляется к клеткам эпителия слизистой оболочки органа и провоцирует развитие воспалительного процесса.

Вторичный вариант кишечной формы коронавируса является осложнением, возникающим после комплексного лечения Covid-19. В 90% случаев, комплексная терапия данного инфекционного заболевания включает прием антибиотиков, так как это позволяет предотвратить присоединение вторичной бактериальной инфекции. Антибиотики, в свою очередь, оказывают губительное влияние не только на болезнетворные микроорганизмы, но и на полезную кишечную микрофлору. Человек сталкивается с таким явлением, как дисбактериоз.

Клинические симптомы

У 50% пациентов с диагностированным Covid-19 первично проявляются кишечные симптомы коронавирусной инфекции. Такие респираторные симптомы заболевания, как одышка, сухой кашель, боль в горле, повышение температуры тела, могут развиться позже. К наиболее вероятным симптомам кишечного коронавируса, можно отнести:

Дополнительно, клиническая картина кишечной формы коронавируса может быть дополнена головной болью, головокружением, лихорадочным состоянием, общей слабостью, повышенной потливостью и мышечной болью.

Продолжительность так называемой острой фазы инфекционного поражения ЖКТ индивидуальна. В среднем, этот период составляет от 4 до 10 дней. По сравнению с респираторной формой коронавируса, кишечная форма заболевания протекает тяжелей, а ее симптомы более выражены.

Расстройства стула при кишечном коронавирусе у человека сохраняются на протяжении 2-5 дней. Рвотные позывы могут сохраняться в течение 2-4 дней.

Опасность кишечного коронавируса

Это состояние опасно не только тем, что развивается воспалительная реакция, но и тем, что при рвоте и диареи организм человека теряет большое количество жидкости, в результате чего может возникнуть обезвоживание (дегидратация). Особой опасности подвергаются люди преклонного возраста, имеющие дополнительные хронические заболевания. Для них такое состояние несет угрозу не только здоровью, но и жизни.

Диагностика

По аналогии с респираторной формой коронавируса, диагностика кишечной формы заболевания проводиться с помощью лабораторного ПЦР исследования. Во внимание берется характер жалоб пациента.

Лечение

Как и при респираторной форме данного заболевания, чаще назначается симптоматическое комплексное лечение. При выраженных клинических проявлениях назначается курсовой прием интерферонов, которые являются одним из главных звеньев иммунитета. Ключевое значение имеет восстановление водно- солевого баланса. С этой целью назначается обильный питьевой режим, а также препараты, содержащие необходимый набор электролитов. Наиболее популярен препарат Регидрон в форме порошка для приготовления раствора. Препарат используется в качестве регидратационной терапии при диареи, независимо от причины ее развития. Доказательной эффективностью при лечении всех форм Covid-19 обладает селен, который помогает усилить общую сопротивляемость организма.

Обязательным пунктом комплексного лечения является диета. Пациентам назначают щадящий режим, который предусматривает полное исключение из рациона жаренной и жирной пищи, алкоголя, приправ и специй, соусов. С заботой о здоровье кишечника, предпочтение отдается слизистым супам, кашам на воде, отварной рыбе, молочным киселям и другим продуктам, способствующим обволакиванию стенок ЖКТ.

При любой степени выраженности проявлений кишечного коронавируса, важно не откладывать визит к врачу. Независимо от того, имеет заболевание первичную или вторичную природу, это патологическое состояние нарушает баланс кишечной и желудочной микрофлоры, что провоцирует или усугубляет диарею. Восстановлению микрофлоры кишечника способствует прием метапребиотика Стимбифид Плюс. В состав Стимбифид плюс входят 3 активных компонента, эффективно восстанавливающих баланс собственной микрофлоры кишечника человека.

Нормальная микрофлора помогает ускорить процесс выздоровления при кишечной форме коронавирусной инфекции, укрепить защитные силы организма и предупредить развитие обезвоживания организма. Эффективность средства доказана как при лечении кишечной формы коронавируса, так и для профилактики заболевания. Метапребиотик одинаково безопасно использовать в любом возрасте. Полный курс приема метапребиотика Стимбифид Плюс поможет снизить до минимума риск развития осложнений респираторной и кишечной форм коронавирусной инфекции.

Источник

Синдром диареи: новые акценты курации пациентов в условиях пандемии COVID-19

*Пятилетний импакт фактор РИНЦ за 2020 г.

Читайте в новом номере

Пищеварительный тракт, как и органы дыхания, относится к входным воротам для SARS-CоV-2. При этом диарея является одним из самых частых гастроинтестинальных симптомов среди инфицированных лиц. В качестве дебюта клинических проявлений COVID-19 диарея может быть связана как с прямым цитопатическим действием вируса в отношении эпителия слизистой оболочки кишечника, так и с модуляцией кишечного микробиома. В период развернутой клинической картины COVID-19 синдром диареи чаще всего ассоциирован с побочным действием лекарственной терапии, прежде всего антибиотиков, нестероидных противовоспалительных препаратов, противовирусных средств, антиагрегантов и антикоагулянтов, а также с возможным вовлечением в патологический процесс печени и поджелудочной железы с нарушением их функциональной активности. И наконец, после перенесенной инфекции появление диареи опять же требует исключения антибиотик-ассоциированной диареи, в том числе вызванной Clostridium difficile, а также ишемического колита и постинфекционного синдрома раздраженного кишечника. Кроме того, несмотря на пандемию, не стоит забывать и о возможном дебюте заболевания пищеварительного тракта или обострении уже имеющейся хронической патологии. В статье представлен краткий алгоритм дифференциальной диагностики диареи в условиях пандемии COVID-19.

Ключевые слова: синдром диареи, пандемия COVID-19, антибиотик-ассоциированная диарея, ишемический колит, постинфекционный синдром раздраженного кишечника.

Для цитирования: Гаус О.В., Ливзан М.А. Синдром диареи: новые акценты курации пациентов в условиях пандемии COVID-19. РМЖ. Медицинское обозрение. 2021;5(6):446-452. DOI: 10.32364/2587-6821-2021-5-6-446-452.

Omsk State Medical University, Omsk, Russian Federation

The digestive tract, like the respiratory organs, is the entrance gate for SARS-CoV-2. At the same time, diarrhea is one of the most common gastrointestinal symptoms among infected people. As the debut of COVID-19 clinical manifestations, diarrhea can be associated both with the direct cytopathic effect of the virus on the intestinal mucosal epithelium and with the gut microbiota modulation. During the period of the expanded clinical picture of COVID-19, diarrhea syndrome is commonly associated with the adverse event of drug therapy, primarily antibiotics, nonsteroidal anti-inflammatory drugs, antiviral agents, antiplatelet agents and anticoagulants, as well as with possible involvement in the pathological process of the liver and pancreas with a violation of their functional activity. Finally, after the infection, the repeated occurrence of diarrhea requires the exclusion of antibiotic-associated diarrhea, including those caused by Clostridium difficile, as well as ischemic colitis and post-infectious irritable bowel syndrome. Besides, despite the pandemic, it should not be forgotten about the possible debut of gastrointestinal disorder or an exacerbation of already existing chronic pathology. The article presents a brief algorithm for the differential diagnosis of diarrhea in the conditions of the COVID-19 pandemic.

Keywords: diarrhea, COVID-19 pandemic, antibiotic-associated diarrhea, ischemic colitis, post-infectious irritable bowel syndrome.

For citation: Gaus O.V., Livzan M.A. Diarrhea syndrome: new accents of patient curation during COVID-19 pandemic. Russian Medical Inquiry. 2021;5(6):446–452 (in Russ.). DOI: 10.32364/2587-6821-2021-5-6-446-452.

Введение

По числу обращений за медицинской помощью диарея занимает одно из лидирующих мест среди всех гастроэнтерологических синдромов. Под диареей понимают увеличение частоты стула (более 3 раз в сутки) и/или изменение формы кала, соответствующее типу 5 и выше по Бристольской шкале [1]. Ранее критерием диареи считалось также увеличение массы кала более 200 г в сутки. Однако в настоящее время данный показатель не используется, поскольку он напрямую зависит от диетических предпочтений человека. К примеру, у людей, употребляющих растительную пищу, масса кала 200 г и более может наблюдаться в норме.

По длительности течения выделяют острую и хроническую диарею. Нет единого мнения о временном промежутке, который разграничивает понятия «острая» и «хроническая диарея». В большинстве международных и национальных руководств обозначено, что о хронической диарее правомочно говорить при сохранении симптомов более 4 нед. [1, 2]. Существующие алгоритмы дифференциальной диагностики диареи, независимо от ее продолжительности, требуют прежде всего выявления симптомов тревоги для исключения серьезной органической патологии, включая колоректальный рак (КРР), воспалительные заболевания кишечника (ВЗК) и микроскопические колиты. К симптомам тревоги, или так называемым «красным флагам», традиционно относят дебют после 50 лет, немотивируемое снижение массы тела, сохранение диареи в ночные часы, отягощенный анамнез по КРР, ВЗК, целиакии, лихорадку, гепатоспленомегалию, пальпируемые образования в брюшной полости, признаки желудочно-кишечного кровотечения, положительный тест на скрытую кровь в кале, анемию, лейкоцитоз, увеличенную СОЭ и др. При наличии указанных симптомов рекомендовано проведение колоноскопии с прицельной биопсией [3].

Острая диарея также требует исключения инфекционной и паразитарной этиологии патологического процесса, что подразумевает сбор эпидемиологического анамнеза и проведение дополнительных методов исследования, в том числе анализ кала на яйца глист и паразитов, на бактерии кишечной группы, ПЦР кала на вирусы и токсины Clostridium difficile.

При хронической диарее наиболее вероятна неинфекционная этиология процесса, при этом многообразие причин диареи предполагает назначение большого спектра диагностических методов исследования. Краткий алгоритм дифференциальной диагностики при хронической диарее представлен на рисунке 1 [3].

Диарея при COVID-19: возможные причины и механизмы

В настоящее время в условиях глобального распространения новой коронавирусной инфекции (COVID-19) проблема дифференциальной диагностики синдрома диареи приобрела особо острый характер. За короткое время высокопатогенный штамм бета-коронавируса SARS-CoV-2, вызвавший в конце декабря 2019 г. вспышку пневмонии в Ухане (провинция Хубэй, Китай), молниеносно охватил большую часть популяции, и уже в марте 2020 г. инфекция COVID-19 получила статус пандемии, дестабилизировав системы здравоохранения всего мира [4, 5].

Накопленные к настоящему времени данные подтверждают гипотезу о том, что пищеварительный тракт, наряду с органами дыхания, служит входными воротами для SARS-CоV-2 и может стать первичным очагом инфекции. Сообщается, что у 48,5–60,0% пациентов с COVID-19 диа­рея является первым симптомом, а в 10–12% случаев — и единственным проявлением заболевания [6, 7]. Необходимо отметить, что диарея — частый спутник коронавирусных инфекций. Данный синдром встречался у 30% пациентов с ближневосточным респираторным синдромом, вызванным MERS-CoV, у 10,6% — с тяжелым острым респираторным синдромом, ассоциированным с SARS-CoV [8, 9].

Развитие диареи в условиях пандемии требует коррекции тактики ведения пациентов при оказании медицинской помощи, что предписывает врачу первичного звена не только выявлять основной механизм развития синдрома, но и своевременно проводить профилактику водно-электролитных нарушений, потенциально опасных для лиц с заболеваниями сердечно-сосудистой системы, сахарным диабетом и пациентов пожилого возраста. При наличии диареи, независимо от тяжести течения COVID-19, госпитализация показана при выраженной абдоминальной боли, не купирующейся спазмолитиками, а также при обнаружении признаков желудочно-кишечного кровотечения.

На каждом из этапов течения COVID-19 необходим тщательный анализ клинических данных, эпидемиологического анамнеза и при необходимости — обследование в достаточном объеме. Диарея у ранее не инфицированных лиц должна насторожить врача в отношении возможного активного инфекционного процесса, и пациенту в обязательном порядке должно быть проведено ПЦР-тестирование мазка из носо- или ротоглотки для выявления РНК SARS-CоV-2.

Влияние SARS-CoV-2 на слизистую кишечника и кишечный микробиом

В качестве симптома дебюта клинических проявлений COVID-19 диарея может быть связана как с прямым цитопатическим действием вируса в отношении эпителия слизистой оболочки кишечника, так и с модуляцией кишечного микробиома [10]. Установлено, что начальным этапом заражения SARS-CoV-2 является связывание S-протеина вируса (спайкового белка, или «белка-шипа») с рецепторами ангиотензинпревращающего фермента 2 типа (АПФ2) на поверхности клеток-мишеней. Спайковый белок состоит из двух субъединиц — S1 и S2, одна из которых обеспечивает прикрепление вируса к мембране клетки-мишени, другая — слияние двух клеточных мембран [11]. Этот процесс требует участия трансмембранной сериновой протеазы, которая расщепляет S-белок, регулируя весь механизм проникновения SARS-CoV-2 в клетку, после чего запускается процесс репликации вируса и синтеза вирусных белков с высвобождением провоспалительных цитокинов, которые способствуют развитию тех или иных симптомов заболевания [12]. Контагиозность вируса в основном зависит от его способности связываться с рецептором АПФ2 [13]. Аффинность SARS-CoV-2 с АПФ2 в 10–20 раз выше, чем у его предшественника SARS-CoV, выявленного в 2002–2003 гг. [14]. АПФ2 экспрессируется на поверхности большого количества клеток, включая альвеолоциты, гепатоциты, холангиоциты, кардиомиоциты, эндотелиальные клетки сосудов, эпителиальные клетки почечных канальцев, эпителиоподобные клетки нейроглии. Однако самый высокий уровень экспрессии рецепторов в организме человека обнаруживается на щеточной кайме энтероцитов подвздошной кишки и эпителии толстой кишки [15, 16]. Показано, что АПФ2 играет важную роль в поддержании целостности эпителиального кишечного барьера и гомеостаза кишечной микробиоты [17]. В частности, АПФ2 регулирует транспорт аминокислот, таких как триптофан и глутамин, необходимых для синтеза антимикробных пептидов клетками Панета [18]. Вместе с тем среди больных COVID-19 отмечен значительный метаморфоз микробиоценоза толстой кишки с увеличением количества патогенов и истощением представительства полезных комменсалов [19]. При этом подобные видоизменения выявляются у подавляющей части пациентов вне зависимости от того, получали они лекарственную терапию или нет. Примечательно, что при COVID-19 сокращение численности бактерий с иммуномодулирующим потенциалом, таких как Faecalibacterium prausnitzii, Eubacterium rectale и Bifidobacteria, сохраняется в течение 30–90 дней после полного выздоровления [20]. Кроме того, в образцах кала с признаками высокой инфицированности SARS-CoV-2 констатировали более высокое количество условно-патогенных Morganella morganii, Collinsella aerofaciens, Streptococcus infantis и Collinsella tanakaei, тогда как в неинфицированных образцах — бутират- и пропионатпродуцирующих Bacteroides stercoris, Parabacteroides merdae, Lachnospiraceae bacterium, Alistipes onderdonkii [21]. Все эти нарушения в конечном итоге приводят к развитию воспаления в слизистой оболочке кишечника, о чем свидетельствуют данные о высоком уровне фекального кальпротектина среди пациентов с COVID-19 и диареей [22]. Высказываются предположения, что опосредованная АПФ2 дисфункция эпителиального кишечного барьера в сочетании с микробным дисбиозом может способствовать попаданию бактериального липополисахарида в системный кровоток и запуску так называемого «цитокинового шторма», усугубляющего течение COVID-19 [23].

Нарушение метаболизма серотонина

В качестве еще одного потенциального механизма развития диареи при COVID-19 рассматривается нарушение метаболизма серотонина (5-НТ) и повышение его концентрации в плазме. По своей биологической сути 5-НТ сочетает в себе свойства гормона и нейромедиатора. В количестве 95% 5-НТ в организме синтезируется энтерохромаффинными клетками кишечника из аминокислоты L-триптофана, которая под действием фермента триптофангидроксилазы (TPH) превращается в 5-гидрокситриптофан (5-HTP). Затем 5-HTP декарбоксилируется с образованием 5-HT [24]. Последний либо свободно циркулирует в кровотоке, либо с помощью переносчика обратного захвата серотонина поглощается клетками, где распадается до 5-гидроксииндолуксусной кислоты (5-HIAA) [25]. Установлено, что 5-HT и его метаболиты важны для реализации перистальтических рефлексов толстой кишки и регуляции кишечного транзита [26]. Ранее повышенные уровни 5-HT в крови были обнаружены у пациентов с синдромом раздраженного кишечника (СРК) с преобладанием диареи [27]. В январе 2021 г. в журнале Gut опубликованы данные S. Ha et al. о высокой плазменной концентрации 5-НТ среди лиц с COVID-19 и диареей Более того, в данной группе пациентов отмечено более низкое соотношение уровней 5-HIAA/5-HT в плазме по сравнению со здоровыми лицами или пациентами с COVID-19 без диареи [28, 29]. Эти результаты свидетельствуют о том, что при инфицировании организма SARS-CoV-2 нарушается процесс превращения 5-HT в 5-HIAA и избыток циркулирующего 5-HT, стимулируя пропульсивную активность кишечника, приводит к появлению диареи. Модель развития диареи, ассоциированной с SARS-CoV-2, представлена на рисунке 2.

В период развернутой клинической картины и проведения терапии COVID-19 диарея также ассоциирована с синдромом повышенной кишечной проницаемости, нарушением микроциркуляции, гипоксией и негативным действием лекарственных средств (прежде всего антибиотиков, нестероидных противовоспалительных препаратов, антиагрегантов и антикоагулянтов), а также с возможным вовлечением в патологический процесс печени и поджелудочной железы с нарушением их функциональной активности [30].

Антибиотик-ассоциированная диарея является наиболее частой побочной реакцией при приеме препаратов данной группы, особенно макролидов, цефалоспоринов и β-лактамов. Ретроспективный анализ 260 медицинских карт в больнице г. Гуанчжоу (Китай) показал, что среди пациентов c SARS-CoV, в лечении которых использовались макролиды, фторхинолоны или цефалоспорины, диарея встречалась в 24,2% случаев [31]. В другом исследовании с участием 138 пациентов, инфицированных SARS-CoV, частота диареи на фоне лечения антибактериальными препаратами составила 38% со средней продолжительностью 3,7 дня [32]. Кроме того, воздействие антибиотиков широкого спектра действия является ведущим фактором риска инфекции
C. difficile — основной причины развития внутрибольничной диареи [33, 34]. Применение противовирусных препаратов для лечения COVID-19 также может сопровождаться появлением диареи. Тяжелая диарея наблюдается у 55,2% пациентов, принимающих осельтамивир и арбидол [35].

Факторами риска антибиотик-ассоциированной диареи, в том числе ассоциированной с C. difficile, являются пожилой возраст, госпитализация, предшествующий прием антибактериальных препаратов, глюкокортикостероидов, иммунодепрессантов, длительный прием кислотосупрессивных препаратов, сахарный диабет. Всем пациентам с антибиотик-ассоциированной диареей следует провести тестирование на выявление цитотоксинов А и В C. difficile в кале, рекомендовать прием обволакивающих средств и пробиотиков. При выявлении цитотоксинов C. difficile в кале показана госпитализация.

Наконец, в периоде реабилитации после перенесенной инфекции COVID-19 появление диареи требует исключения в первую очередь антибиотик-ассоциированной диареи, ишемического колита и постинфекционного СРК (ПИ-СРК). Необходимо также проведение дифференциальной диагностики с другими заболеваниями, клиническим проявлением которых является синдром диареи.

Ишемическое поражение кишечника

Тромбоэмболические осложнения — одна из основных причин смертности у пациентов с тяжелым течением COVID-19. В июле 2020 г. S. Cheung et al. [36] описали первый случай острой ишемии кишечника вследствие тромбоза верхней брыжеечной артерии, предположительно связанного с SARS-CoV-2, у 55-летнего мужчины, повторно поступившего в отделение неотложной помощи с жалобами на абдоминальную боль и диарею через неделю после выписки из стационара, где он проходил лечение по поводу COVID-19 [36]. Патогенез ишемического поражения кишечника при COVID-19 может включать следующие звенья: прямое цитопатическое действие вируса на эндотелиальные клетки с развитием эндотелиальной дисфункции и увеличением высвобождения прокоагулянтных факторов, таких как фактор VIII, фактор фон Виллебранда и фибриноген, и вирус-индуцированный «цитокиновый шторм», приводящий к активации процессов коагуляции и фибринолиза [37]. Факторами риска ишемического колита являются пожилой возраст, сопутствующее атеросклеротическое поражение мезентериальных сосудов, применение вазопрессоров, тяжелое течение инфекции с выраженными нарушениями гемодинамики [38].

Общая летальность пациентов с COVID-19 и ишемией органов пищеварительного тракта ретроспективно составляет 38,7–40,0% [39]. В связи с этим обязательно следует рассмотреть целесообразность оценки состояния сосудов брюшной полости среди лиц, инфицированных SARS-CoV-2, у которых есть какие-либо гастроинтестинальные симптомы, особенно в сочетании с повышенным уровнем D-димера [40].

Согласно данным эпидемиологических исследований, у трети лиц после перенесенного эпизода острой кишечной инфекции бактериальной вирусной или протозойной этиологии сохраняются гастроинтестинальные симптомы, соответствующие диагностическим критериям СРК. В данном случае правомочно говорить о постинфекционном варианте заболевания. Факторами риска ПИ-СРК считаются молодой возраст, женский пол, генетическая предрасположенность и наличие ранее имевшихся психологических расстройств, таких как тревога и депрессия. В основе формирования ПИ-СРК лежат нарушение моторики кишечника, висцеральная гиперчувствительность, микробный дисбиоз, повышение проницаемости эпителиального кишечного барьера, мальабсорбция желчных кислот и изменения метаболизма серотонина [41, 42]. Имеющиеся в настоящее время данные подтверждают, что инфекция SARS-CoV-2 аналогичным образом может привести к стойкой дисфункции пищеварительного тракта, включая все вышеупомянутые механизмы развития ПИ-СРК [43].

Кроме того, хорошо известна связь по оси «мозг — кишка», и тот факт, что психологические факторы являются важными триггерами гастроинтестинальных симптомов при СРК, ни у кого не вызывает сомнений [44, 45]. При этом очевидно, что пандемия COVID-19 оказала беспрецедентное влияние на психологическое благополучие населения всего мира. Ограничительные мероприятия, введенные повсеместно для защиты общественного здоровья, серьезно нарушили привычную жизнь людей, препятствуя их общению и социальному взаимодействию, включая работу, образование, путешествия и отдых. Многие потеряли работу и понесли значительные финансовые потери. Некоторые страны столкнулись с проблемой продовольственного обеспечения [46]. Непредсказуемость клинического течения COVID-19, отсутствие эффективных схем терапии ассоциированы со страхом тяжело заболеть или потерять близких. Таким образом, в нынешней мировой ситуации, когда неопределенность и социальная изоляция стали обычным явлением, люди подвержены более высокому риску развития тревожно-депрессивных расстройств, что может привести к росту заболеваемости СРК [47].

Заключение

Пандемия тяжелого острого респираторного синдрома, вызванного коронавирусом SARS-CoV-2, является чрезвычайной ситуацией во всем мире. По мере распространения инфекции в популяции сообщается и о росте числа случаев диареи. Клинические исследования демонстрируют высокую частоту диареи у пациентов с COVID-19, которая может предшествовать респираторным симптомам, возникать одновременно с ними или даже спустя некоторое время после их исчезновения.

Безусловно, пандемия внесла свои коррективы в привычные алгоритмы дифференциальной диагностики гастроинтестинальных синдромов. Так, при появлении диареи у ранее не инфицированных лиц в обязательном порядке должно быть проведено ПЦР-тестирование мазка из носо- или ротоглотки для выявления РНК SARS-CоV-2 и исключения активного инфекционного процесса. Предполагается, что развитие диареи при COVID-19 может быть связано не только с прямым повреждающим действием вируса в отношении эпителия слизистой оболочки кишечника, но и с изменением кишечного микробиома, повышением эпителиальной кишечной проницаемости, а также нарушением метаболизма серотонина.

Возникшая в период развернутой клинической картины диарея чаще всего является побоч­ным эффектом лекарственных средств и их комбинаций, применяемых для терапии COVID-19. Прежде всего это касается антибактериальных и противовирусных препаратов. К факторам риска антибиотик-ассоциированной диареи, в том числе ассоциированной с C. difficile, относят пожилой возраст, нахождение в стационаре, предшествующий прием антибактериальных препаратов, глюкокортикостероидов, иммунодепрессантов, длительный прием кислотосупрессивных препаратов, сахарный диабет. Кроме того, течение активной инфекции характеризуется нарастанием повышенной кишечной проницаемости, гипоксии, гиперкоагуляции и возможным вовлечением в патологический процесс органов гепатобилиарной системы и поджелудочной железы с нарушением их функций.

Появление диареи после COVID-19 требует в первую очередь исключения отсроченных побочных эффектов лекарственной терапии, ишемического колита и ПИ-СРК.

В заключение хотелось бы еще раз подчеркнуть, что в период пандемии COVID-19 важно не забывать и о существовании хронических неинфекционных заболеваний, основным клиническим проявлением которых может быть синдром диареи. Поэтому у всех пациентов с диареей нужно также проводить дифференциальную диагностику с дебютом или обострением уже имеющейся в анамнезе патологии пищеварительного тракта, согласно существующим алгоритмам.

Сведения об авторах:

Гаус Ольга Владимировна — к.м.н., доцент кафедры факультетской терапии, профессиональных болезней, начальник управления по развитию регионального здравоохранения и медицинской деятельности ФГБОУ ВО ОмГМУ Минздрава России; 644099, Россия, г. Омск, ул. Ленина, д. 12; ORCID iD 0000-0001-9370-4768.

Ливзан Мария Анатольевна — д.м.н., профессор, заведующая кафедрой факультетской терапии и гастроэнтерологии, ректор ФГБОУ ВО ОмГМУ Минздрава России; 644099, Россия, г. Омск, ул. Ленина, д. 12; ORCID iD 0000-0002-6581-7017.

Контактная информация: Гаус Ольга Владимировна, e-mail: gaus_olga@bk.ru.

Прозрачность финансовой деятельности: никто из авторов не имеет финансовой заинтересованности в представленных материалах или методах.

Конфликт интересов отсутствует.

Статья поступила 27.05.2021.

Поступила после рецензирования 22.06.2021.

Принята в печать 15.07.2021.

Olga V. Gaus — C. Sc. (Med.), Associate Professor of the Department of Faculty Therapy, Department of Occupational Diseases, Head of the Department for the Development of Regional Healthcare and Medical Activities, Omsk State Medical University; 12, Lenin str., Omsk, 644099, Russian Federation; ORCID iD 0000-0001-9370-4768.

Maria A. Livzan — Dr. Sc. (Med.), Professor, Head of the Department of Faculty Therapy and Gastroenterology, Rector, Omsk state Medical University; 12, Lenin str., Omsk, 644099, Russian Federation; ORCID iD 0000-0002-6581-7017.

Contact information: Olga V. Gaus, e-mail: gaus_olga@bk.ru.

Financial Disclosure: no authors have a financial or property interest in any material or method mentioned.

There is no conflict of interests.

Только для зарегистрированных пользователей

Источник